Чайковский времена года описание произведения: Чайковский. «Времена года» (Les Saisons, Op. 37b)

Содержание

Чайковский. «Времена года» (Les Saisons, Op. 37b)

Les Saisons, Op. 37b

Композитор

Год создания

1876

Жанр

Страна

Россия

12 характеристических картин для фортепиано

«Времена года» Чайковского — это своеобразный музыкальный дневник композитора, запечатлевший дорогие его сердцу эпизоды жизни, встречи и картины природы. Как позднее вспоминал его брат М. И. Чайковский: «Петр Ильич, как редко кто, любил жизнь<...> Каждый день имел для него значительность и прощаться с ним ему было грустно при мысли, что от всего пережитого не останется никакого следа».

Этим лирическим чувством композитора, любовью к жизни и восхищением ею и наполнена музыка одного из музыкальных шедевров Чайковского, фортепианного цикла «Времена года». Энциклопедией русской усадебной жизни XIX века, петербургского городского пейзажа можно назвать этот цикл из 12 характеристических картин для фортепиано. В его образах запечатлены Чайковским и бескрайние русские просторы, и деревенский быт, и картины петербургских городских пейзажей, и сценки из домашнего музыкального быта русских людей того времени.

12 пьес — 12 картинок из русской жизни Чайковского получили при издании эпиграфы из стихов русских поэтов:

«У камелька». Январь:

И мирной неги уголок
Ночь сумраком одела.
В камине гаснет огонек,
И свечка нагорела.

А. С. Пушкин

«Масленица». Февраль:

Скоро масленицы бойкой
Закипит широкий пир.

П. А. Вяземский.

«Песня жаворонка». Март:

Поле зыблется цветами,
В небе льются света волны.
Вешних жаворонков пенья
Голубые бездны полны.

А. Н. Майков

«Подснежник». Апрель:

Голубенький чистый
Подснежник: цветок,
А подле сквозистый
Последний снежок.
Последние слезы
О горе былом
И первые грезы
О счастьи ином...

А. Н. Майков

«Белые ночи». Май:

Какая ночь! На всем какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!

А. А. Фет

«Баркарола». Июнь:

Выйдем на берег, там волны
Ноги нам будут лобзать,

Звезды с таинственной грустью
Будут над нами сиять.

А. Н. Плещеев

«Песнь косаря». Июль:

Раззудись, плечо
Размахнись рука!
Ты пахни в лицо,
Ветер с полудня!

А. В. Кольцов

«Жатва». Август:

Люди семьями
Принялися жать,
Косить под корень
Рожь высокую!
В копны частые
Снопы сложены.
От возов всю ночь
Скрыпит музыка.

А. В. Кольцов

«Охота». Сентябрь:

Пора, пора! Рога трубят:
Псари в охотничьих уборах
Чем свет уж на конях сидят;
Борзые прыгают на сворах.

А. С. Пушкин

«Осенняя песнь». Октябрь:

Осень, осыпается весь наш бедный сад,
Листья желтые по ветру летят...

А. К. Толстой

«На тройке». Ноябрь:

Не гляди же с тоской на дорогу
И за тройкой вослед не спеши
И тоскливую в сердце тревогу
Поскорей навсегда затуши.

Н. А. Некрасов

«Святки». Декабрь:

Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали,
За ворота башмачок
Сняв с ноги бросали.

В. А. Жуковский

Возникновение цикла «Времена года», ор.37-bis непосредственно связано с историей взаимоотношений Чайковского с семьей петербургских музыкальных издателей Бернард и их журналом «Нувеллист», основанном в 1842 году. Старший из семьи Матвей Иванович Бернард (1794-1871), основатель нотоиздательской фирмы и журнала «Нувеллист» был также пианистом, композитором. Продолжателем дела стал его сын Николай Матвеевич (1844-1905), также известный музыкант. Редактором журнала был брат основателя фирмы Александр Иванович (1816-1901), известный пианист и композитор. «Нувеллист» знакомил публику с новыми сочинениями русских композиторов, музыкантов — любителей, а также зарубежных авторов. Помимо нотных текстов в нем печатались сведения о новинках оперных сцен, концертах в России, Западной Европе и Америке.

Чайковский сотрудничал с «Нувеллистом» с 1873 года, сочинив для журнала несколько романсов. Поводом к написанию цикла «Времена года» послужил заказ издателя журнала «Нувеллист» Н. М. Бернарда, полученный Чайковским в письме (не сохранилось), очевидно, в ноябре 1875 года. Однако его содержание легко себе представить на основании ответа композитора от 24 ноября 1875 года:

«Получил Ваше письмо. Очень благодарен Вам за любезную готовность платить мне столь высокий гонорарий. Постараюсь не ударить лицом в грязь и угодить Вам. Я пришлю Вам в скором времени 1-ю пиэсу, а может быть и разом две или три. Если ничто не помешает, то дело пойдет скоро: я очень расположен теперь заняться фортепианными пиэсками. Ваш Чайковский. Все Ваши заглавия я сохраняю». Следовательно названия пьес, то есть сюжетов — картинок были предложены композитору издателем.

В декабрьском номере журнала «Нувеллист» за 1875 год уже появилось объявление для подписчиков об издании в следующем году нового цикла пьес Чайковского и перечень названий пьес, соответствующих каждому месяцу года и совпадающий с названиями, выставленными позже композитором в рукописи цикла.

О ходе сочинения цикла сведений крайне скудны. Известно, что в момент начала работы над ним в конце ноября 1875 года, Чайковский находился в Москве. 13 декабря 1875 года композитор писал Н. М. Бернарду: «Сегодня утром, а может быть и вчера еще Вам высланы по почте две первые пиэсы. Я не без некоторого страха препроводил их к Вам: боюсь, что Вам покажется длинно и скверно. Прошу Вас откровенно высказать Ваше мнение, чтобы я мог иметь в виду Ваши замечания при сочинении следующих пиэс. <...> Если вторая пьеса покажется негодной, то напишите мне об этом <...> Если Вы пожелаете пересочинения „Масленицы“, то, пожалуйста, не церемоньтесь и будьте уверены, что к сроку, то есть к 15-му января, я Вам напишу другую. Вы платите мне такую страшную цену, что имеете полнейшее право требовать всяких изменений, дополнений, сокращений и пересочинений»

(там же, № 426, c. 425). Пьесы, очевидно, удовлетворили Н. М. Бернарда, так как были изданы точно в положенный срок и в полном соответствии с автографом.

При издании «Времен года» в «Нувеллисте» пьесы получили поэтические эпиграфы каждая. Два из них вписаны в автографы пьес № 1 и № 3 и принадлежат, судя по почерку, Н. М. Бернарду, который был большим знатоком русской литературы и поэзии и даже автором литературных сочинений. По-видимому, именно издатель был инициатором включения стихов русских поэтов в качестве эпиграфов к уже написанным пьесам Чайковского. Знал ли Чайковский об этом заранее, согласовывались ли с ним стихи при издании — неизвестно. Но все прижизненные издания включали эти стихотворные эпиграфы, следовательно, Чайковский так или иначе их принял и одобрил.

Хотя названия пьес были заранее известны Чайковскому, в рукописи он внес в двух случаях свои дополнения: пьеса № 8 «Жатва» получила подзаголовок Скерцо, а № 12 «Святки» — Вальс. Эти подзаголовки сохранялись в изданиях Бернарда, но были утрачены в более поздних изданиях П. И. Юргенсона.

Название цикла «Времена года» впервые появляется при первом издании всех пьес вместе, осуществленном в конце 1876 года Н. М. Бернардом, после завершения журнальной публикации. Оно же перешло во все последующие издания, хотя с некоторыми различиями в подзаголовке. У Бернарда значится: «12 характерных картинок». В прижизненных изданиях П. И. Юргенсона: «12 характерных картин», позже — «12 характеристических картин».

Подготовка первого издания пьес в «Нувеллисте» началась 13 декабря 1875 года, когда Чайковский выслал в Петербург две первые пьесы, о чем свидетельствует письмо композитора.

Журнал выходил ежемесячно, первого числа. Пьесы Чайковского открывали каждый номер, за исключением сентябрьского. В этом номере первой была помещена пьеса композитора В. И. Главача, постоянного автора «Нувеллиста» «Сербская походная песня» («Радо иде србин у войнике») в обработке для фортепиано, как отклик на актуальные в то время события войны на Балканах, в которой Россия принимала участие. В журнале № 9 появилось объявление, что подписчики в конце года получат в качестве премии отдельное издание всех 12 пьес. Н. М. Бернард опубликовал в конце 1876 года весь цикл Чайковского отдельным изданием с названием «Времена года». Обложка была с 12 картинками — медальонами и названием «Времена года».

Сведений о первом публичном исполнении всего цикла или отдельных пьес не сохранилось. Отсутствуют и отклики прессы на издание. Однако очень скоро «Времена года» стали необычайно популярными и у музыкантов — любителей, и у профессионалов, а впоследствии одним из самых знаменитых фортепианных произведений всей русской музыки.

«У камелька». Январь

Камелек — это специфически русское название камина в дворянском доме или какого-либо очага в крестьянском жилище. В долгие зимние вечера у очага (камина) собиралась вся семья. В крестьянских избах плели кружева, пряли и ткали, при этом пели песни, грустные и лирические. В дворянских семьях у камина музицировали, читали вслух, беседовали.

Пьеса «У камелька» рисует картинку с элегически — мечтательным настроением. Первый раздел ее построен на выразительной теме, напоминающей интонации человеческого голоса. Это как бы коротенькие фразы, произносимые медленно, с расстановкой, в состоянии глубокой задумчивости. О таком эмоциональном состоянии можно встретить в письмах Чайковского: «Это то меланхолическое чувство, которое является вечерком, когда сидишь один, от работы устал, взял книгу, но она выпала из рук. Явились целым роем воспоминания. И грустно, что так много уж было, да прошло, и приятно вспомнить молодость. И жаль прошлого, и нет охоты начинать сызнова. Жизнь утомила. Приятно отдохнуть и оглядеться.<...> И грустно и как-то сладко погружаться в прошлое». Средний раздел более оживленный по характеру, но также строится на коротком мотиве с переливами пассажей, напоминающих звучание арфы. После него следует третий раздел, повторяющий первый с дополнением, заключающим всю пьесу с своеобразным затиханием мелодии и переливов арфы. Музыка как бы истаивает и картинка исчезает...

«Масленица». Февраль

Масленица или масленая неделя — праздничная неделя перед Великим постом. Масленицу чествуют веселыми гуляниями, разудалыми играми, катанием на лошадях, разными потехами. А в домах пекут блины, специфическое языческое блюдо, которое из глубины веков прочно вошло в русскую жизнь. В этом празднике сочетались черты языческих проводов зимы и встречи весны и христианского обряда перед началом Великого поста, предшествующего великому празднику Пасхи, Воскресения Христова.

«Масленица» — это картина народного гуляния, где живописные моменты сочетаются с звукоподражанием музыке гуляющей толпы, озорным звучаниям народных инструментов. Вся пьеса состоит как бы из калейдоскопа маленьких картинок, сменяющих одна другую, с постоянным возвращением первой темы. С помощью угловатых ритмических фигур Чайковский создает картину с шумными и радостными возгласами толпы, притоптыванием пляшущих ряженых. Взрывы смеха и таинственный шепот сливаются в одну яркую и пеструю картину празднества.

«Песня жаворонка». Март

Жаворонок — полевая птица, которую в России чтут как весеннюю певчую птичку. Ее пение традиционно связывается с приходом весны, пробуждением от зимней спячки всей природы, началом новой жизни. Картина весеннего русского пейзажа нарисована очень простыми, но выразительными средствами. В основе всей музыки лежат две темы: напевная лирическая мелодия со скромным аккордовым сопровождением и вторая, родственная ей, но с большими взлетами и широким дыханием. В органичном переплетении этих двух тем и различных оттенков настроений — мечтательно-грустного и светлого — заключается покоряющая прелесть всей пьесы. Обе темы имеют элементы, которые напоминают трели весенней песни жаворонка. Первая тема создает своеобразное обрамление более развернутой второй теме. Заключают пьесу затихающие трели жаворонка.

«Подснежник». Апрель

Подснежник — так называются растения, которые появляются сразу после схода зимнего снега. Трогательно после зимней стужи, мертвой, безжизненной поры выглядят небольшие голубые или белые цветочки, появляющиеся сразу после таяния зимнего снега. Подснежник очень любим в России. Он почитается как символ новой нарождающейся жизни. Ему посвящены стихи многих русских поэтов.

Пьеса «Подснежник» построена на вальсообразном ритме, вся проникнута порывом, взлетом эмоций. В ней проникновенно передано то волнение, которое возникает при созерцании весенней природы, и радостное, скрытое в глубинах души, чувство надежды на будущее и затаенного ожидания. В пьесе три раздела. Первый и третий повторяют друг друга. Но в среднем разделе нет яркого образного контраста, скорее, здесь некоторая смена настроений, оттенков одного и того же чувства. Эмоциональный порыв в заключительном разделе сохраняется до самого конца.

«Белые ночи». Май

Белые ночи — так называются ночи в мае на севере России, когда ночью так же светло, как и днем. Белые ночи в Петербурге, столице России, всегда отмечались романтическими ночными гуляниями и пением. Образ белых ночей Петербурга запечатлен в полотнах русских художников и стихах русских поэтов. Именно так — «Белые ночи» — называется повесть великого русского писателя Федора Достоевского.

Музыка пьесы передает смену противоречивых настроений: горестные раздумья сменяются сладостными замираниями переполненной восторгами души на фоне романтического и совершенно неординарного пейзажа периода белых ночей. Пьеса состоит из двух больших разделов, вступления и заключения, которые неизменны и создают обрамление всей пьесы. Вступление и заключение — это музыкальный пейзаж, образ белых ночей. Первый раздел строится на коротких мелодиях — вздохах. Они словно напоминают о тишине белой ночи на петербургских улицах, об одиночестве, о мечтах о счастье. Второй раздел по настроению порывистый и даже страстный. Волнение души настолько возрастает, что приобретает восторженно-радостный характер. После него идет постепенный переход к заключению (обрамлению) всей пьесы. Все успокаивается, и вновь перед слушателем картина северной, белой, светлой ночи в величественном и строгом в своей неизменной красоте Петербурге.

Чайковский был привязан к Петербургу. Здесь прошла его юность, здесь он стал композитором, здесь он пережил радость признания и артистического успеха, здесь и завершил он свой жизненный путь и был похоронен в Петербурге.

«Баркарола». Июнь

Барка — это итальянское слово, означает лодка. Баркаролой в итальянской народной музыке назывались песни лодочника, гребца. Особенно эти песни были распространены в Венеции, городе на набережных бесчисленных каналов, по которым день и ночь передвигались на лодках и при этом пели. Песни эти были, как правило, певучими, и ритм и аккомпанемент подражали плавному движению лодки под равномерные всплески весел. В русской музыке первой половины XIX века получили большое распространение баркаролы. Они стали неотъемлемой частью русской лирической вокальной музыки, а также нашли свое отражение и в русской поэзии и в живописи.

«Баркарола» — еще один петербургский музыкальный пейзаж в цикле Чайковского «Времена года». Даже своим названием пьеса обращена к картинам водных каналов и многочисленных речек, на берегах которых расположена северная столица России. Тепло и выразительно звучит широкая песенная мелодия в первой части пьесы. Она как бы «раскачивается» на волнах сопровождения, напоминающего традиционные для баркаролы гитарные, мандолинные переливы. В середине настроение музыки меняется и становится более радостным и беззаботным, словно даже слышатся быстрые и шумные всплески волн. Но затем все успокаивается и снова льется мечтательная, упоительная по своей красоте мелодия, теперь уже в сопровождении не только аккомпанемента, но и второго мелодического голоса. Звучит как бы дуэт двух певцов. Пьеса заканчивается постепенным замиранием всей музыки — словно лодка удаляется, а вместе с нею удаляются и исчезают голоса и всплески волн.

«Песнь косаря». Июль

Косари — это преимущественно мужчины, которые рано-рано утром выходили в поле косить траву. Равномерные взмахи рук и кос, как правило, совпадали с ритмом трудовых песен, которые пели во время работы. Эти песни существовали на Руси с древнейших времен. Пели во время кошения трав дружно, весело. Косьба — также очень популярный в русском искусстве сюжет. Его воспевали многие русские поэты, запечатлевали в красках русские художники. А песен в народе было сложено великое множество.

«Песнь косаря» — это сцена из народной деревенской жизни. Основная мелодия содержит интонации, напоминающие народные песни. В пьесе три больших раздела. Они родственны друг другу по характеру. Хотя первая и третья части — это и есть, собственно, песня косаря, крестьянина, который весело и энергично косит луг и поет во весь голос широкую и, вместе с тем, ритмически четкую песню. В среднем эпизоде, в более быстром движении мелькающих аккордов сопровождения, можно услышать сходство со звучаниями русских народных инструментов. В конце на более широком звучании сопровождения вновь звучит песня, словно после небольшого перерыва крестьянин с новыми силами принялся за работу. Чайковский любил эту летнюю пору в деревне и в одном из писем писал: «Отчего это? Отчего простой русский пейзаж, отчего прогулка летом в России в деревне по полям, по лесу, вечером по степи, бывало приводили меня в такое состояние, что я ложился на землю в каком-то изнемождении от наплыва любви к природе».

«Жатва». Август

Жатва — это сбор с поля созревших хлебов. Жатвенная пора в жизни русского крестьянина — важнейшая пора. Работали в поле семьями, как говорится, от зари до зари. При этом много пели. «Жатва» — это большая народная сцена из крестьянской жизни. В рукописи композитор сделал подзаголовок «Скерцо». И в действительности, «Жатва» — это развернутое скерцо для фортепиано, рисующее яркую картину из быта русского земледельца. В ней оживление, подъем, характерный для большой совместной работы крестьян. В средней части картина яркой народной сцены меняется на лирический деревенский пейзаж, характерный для среднерусской природы, на котором и разворачивается сцена жатвы. В связи с этим музыкальным фрагментом вспоминается высказывание Чайковского: «Не могу изобразить, до чего обаятельны для меня русская деревня, русский пейзаж...»

«Охота». Сентябрь

Охота — это слово, как и во всех других языках, означает промысел диких животных. Однако само слово происходит в русском языке от слова «охота», означающего желание, страсть, стремление к чему-то. Охота — очень характерная деталь русского быта XIX века. Этому сюжету посвящены многие страницы произведений русской литературы. Вспоминаются описания охоты о романе Л.Толстого, рассказах и повестях И. Тургенева, картины русских художников. Охота в России всегда была уделом людей страстных, сильных и проходила очень шумно, весело, в сопровождении охотничьих рогов, со множеством охотничьих собак. Охота в дворянских поместьях в XIX веке, в осенние месяцы, была не столько необходимым промыслом, сколько забавой, требовавшей от ее участников мужества, силы, ловкости, темперамента и азарта.

«Осенняя песнь». Октябрь

Осень в России всегда была порой, которую воспевали многие писатели, поэты, художники и музыканты. В ней видели и неповторимые красоты русской природы, которая осенью одевается в золотой убор, переливаясь своим пышным многоцветием. Но были и другие моменты осени — это унылый пейзаж, осеннее умирание природы и грусть по уходящему лету как символу жизни. Умирание в природе в канун зимы — это одна из самых трагичных и печальных страниц осенней жизни.

«Осенняя песнь» занимает в цикле особое место. По своему трагическому колориту она является его содержательным центром, итогом всего повествования о русской жизни и жизни русской природы. Октябрь, «Осенняя песнь» — это песнь умирания всего живого. В мелодии преобладают грустные интонации — вздохи. В средней части возникает некоторый подъем, трепетное воодушевление, словно проблеснула надежда на жизнь, попытка сохранить себя. Но третий раздел, повторяющий первый, вновь возвращает к начальным печальным «вздохам», и уже к совершенно безнадежному полному умиранию. Заключительные фразы пьесы с авторской пометкой «morendo», что означает, «замирая», как бы не оставляют никакой надежды на возрождение, на появление новой жизни.

Вся пьеса — это лирико-психологическая зарисовка. В ней пейзаж и настроение человека слиты воедино. «Каждый день отправляюсь на далекую прогулку, отыскиваю где-нибудь уютный уголок в лесу и бесконечно наслаждаюсь осенним воздухом, пропитанным запахом опавшей листвы, тишиной и прелестью осеннего ландшафта с его характеристическим колоритом», — писал композитор.

«На тройке». Ноябрь

Тройка — так называют в России коней, запряженных вместе, под одной дугой. К ней часто подвешивали колокольчики, которые при быстрой езде звонко играли, переливаясь серебряным звучанием. В России любили быструю езду на тройках, об этом сложено немало народных песен. Появление этой пьесы в цикле Чайковского воспринимается, хотя и в достаточно элегическом тоне, но как реальная надежда на жизнь. Дорога в бесконечных русских просторах, тройка лошадей — вот символы продолжающейся жизни. Ноябрь в России — это хотя и осенний месяц, но зима уже предстает в своем полном обличье. «Стоят морозы, но солнце еще немного греет. Деревья покрыты белой пеленой, и этот зимний пейзаж до того прекрасен, что трудно выразить словами», — писал Чайковский.

Пьеса начинается широкой мелодией, напоминающей привольную русскую народную песню. Вслед за ней начинают слышаться отголоски грустных, элегических раздумий. Но затем все ближе и ближе начинают звучать колокольчики, прикрепленные на тройке лошадей. Веселый перезвон на время как бы заглушает грустное настроение. Но потом вновь возвращается первая мелодия — песнь ямщика. Ей аккомпанируют колокольчики. Сначала затихают, а затем совсем тают вдали их тихие звуки.

«Святки». Декабрь

Святки — время от Рождества до Крещенья. Праздник, в котором сочетались элементы обряда христианского с древними, языческими. На святки ходили ряженые из дома в дом, девушки гадали о своей будущей судьбе. В семьях царило праздничное веселье. Ряженые, одетые не по обычаю, а ради шутки, ходили на святках из дома в дом, пели святочные песни, водили хороводы. В домах их угощали, одаривали подарками.

Заключительная пьеса цикла — «Святки» — имеет в рукописи композитора подзаголовок «Вальс». И это не случайно, вальс был в те времена популярным танцем, символом семейных праздников. Основная мелодия пьесы выдержана в стиле бытовой музыки, фрагменты которой чередуются с эпизодами вальса. А завершается пьеса, и, вместе с ней весь цикл безмятежном вальсом, домашним праздником вокруг красивой Рождественской елки.

П. Е. Вайдман


Двенадцать пьес публиковались в журнале «Нувеллист» ежемесячно на протяжении 1876 года (В конце того же года весь цикл вышел в свет отдельным изданием под общим названием «Времена года».). Они задуманы композитором как последовательный ряд картин русской природы и быта, подчиненных естественному годичному круговороту тепла и холода, расцвета и увядания. Глубокая поэтичность и проникновенная лирическая теплота доставили заслуженную популярность большинству пьес этого цикла, принадлежащих к лучшим фортепианным сочинениям Чайковского. Написанные без притязаний на виртуозный блеск и эффектность, они отличаются пленяющей мелодической выразительностью и тонкостью фортепианного письма. Каждая отдельная пьеса представляет собой самостоятельную по характеру законченную миниатюру, вся цепь которых воспринимается как задушевное, идущее от глубины сердца повествование о бесконечно дорогом и близком композитору.

Интимный лиризм и яркая образность музыки сочетаются в таких пьесах, как меланхолическая «Песня жаворонка» (март), с звукоподражательными фиоритурками и форшлагами (щебетание весенней птицы), расцвечивающими певучую мелодическую линию, или нежный и хрупкий «Подснежник» (апрель) в гибком и свободном вальсовом ритме без акцентуации первой доли такта, что придает музыке особую легкость и изящество. В пьесе «Белые ночи» (май) обращают на себя внимание тонкие колористические штрихи, передающие ощущение таинственно-прозрачного воздуха петербургских белых ночей. В широком мелодизме русской задумчивой «Баркаролы» (июнь) с ее плавно поступенно вздымающейся, а затем мягко уступчато ниспадающей темой ощущается одновременно и чувство страстного восторженного любования миром, и какая-то скрытая затаенная грусть; в репризе трехчастной формы возникает выразительный диалог между верхним мелодическим и свободно имитирующим его «теноровым» голосом, усиливающий экспрессивную напряженность звучания. Характерным для Чайковского примером мелодизации фортепианной фактуры является одна из самых излюбленных пьес цикла — элегическая «Осенняя песня» (октябрь), музыкальная ткань которой непрерывно живет и дышит в сплетении самостоятельных поющих голосов.

Другую группу пьес представляют написанные броским и крупным штрихом жанровые сцены: веселая разгульная «Масленица» (февраль), удалая «Песня косаря» (июль), оживленная размашистая «Жатва» (август), шумная «Охота» (сентябрь) с перекличкой рогов и общей радостной суетой. К этому же типу принадлежит и широко популярная пьеса «На тройке» (ноябрь), снискавшая заслуженное внимание многих пианистов. В красочной и полной лирического воодушевления музыке этой пьесы Чайковский передает и могучую широту народного напева, рожденную далью родных пространств, и стремительность бега, и веселый звон колокольчика — все, что связано в нашем представлении с этим образом, обретшим столь емкое символическое содержание у русских писателей и художников XIX века.

Открывающийся уютной мечтательной сценкой «У камелька» (январь), цикл «Времен года» завершается картиной самого радостного зимнего праздника «Святки» (декабрь), написанной в форме увлекательного вальса.

Ю. Келдыш

Я рекомендую

Это интересно

Твитнуть

реклама

вам может быть интересно

Ссылки по теме

Пётр Ильич Чайковский. Фортепианный цикл «Времена года»

C 1873 г. Пётр Ильич Чайковский сотрудничал с журналом «Нувеллист» – первым в России музыкально-критическим изданием. Композитор написал для него несколько романсов, а в конце 1875 г. издатель журнала Николай Матвеевич Бернард заказал ему фортепианный цикл. Письмо издателя не сохранилось, но из ответного послания Петра Ильича следует, что тематику и заглавия пьес предложил Бернард. Журнал выходил ежемесячно, и потому весьма подходящей представлялась тема двенадцати месяцев года – картин природы и народного быта, соответствующих каждому из них. Чайковский, по его собственному признанию, был в то время «очень расположен заняться фортепианными пьесами» и за работу принялся с энтузиазмом. Уже к середине декабря были завершены две первые пьесы, хотя «Февраль» вызывал у автора некоторые сомнения.

В декабрьском номере «Нувеллиста» фортепианный цикл Чайковского был анонсирован, а начиная с января следующего года в каждом номере публиковалась одна из пьес (исключение было сделано только один раз – в сентябрьском номере в связи с восстанием в Герцеговине вместо очередной пьесы Чайковского была опубликована «Сербская походная песня»). Каждая пьеса сопровождалась стихотворным эпиграфом – это были строки из произведений Александра Пушкина, Василия Жуковского, Петра Вяземского, Аполлона Майкова, Алексея Толстого, Афанасия Фета, Алексея Плещеева, Николая Некрасова, Алексея Кольцова. Вероятно, эпиграфы были подобраны Бернардом – большим знатоком русской литературы. Принимал ли в этом участие композитор, остается неизвестным – но ни при журнальной публикации, ни при последующих прижизненных изданиях Петр Ильич против них не возражал.

В конце 1876 г. Бернард издал все двенадцать пьес отдельным сборником, озаглавив его «Времена года». Когда состоялось первое исполнение цикла, как он был оценен критиками, неизвестно, но пьесы получили большое распространение.

Во «Временах года» нет ни тематических связей, ни обобщающего финала – они не объединены ничем кроме «сезонной» тематики. И это неудивительно, ведь при создании цикла композитор не рассчитывал на его целостное исполнение – предполагалось преподносить читателям журнала по одной пьесе в месяц, восприятие цикла как единого целого при таких обстоятельствах было невозможно в принципе. Пьесы, создававшиеся для журнальной публикации, были рассчитаны на любительское исполнение и потому не отличаются особой технической сложностью – они доступны ученикам музыкальных школ. Но художественные достоинства этих пьес, их эмоциональная глубина, тонкость, привлекают к ним внимание профессиональных концертирующих пианистов. Во «Временах года» отразились характерные черты творчества и мироощущения композитора – глубокая лиричность, любовь к русской природе, господство песенной стихии в музыкальном языке. Песенность особенно ярко проявляется в пейзажных пьесах («Подснежник», «Баркарола», «Осенняя песня») – все эти лирические музыкальные пейзажи основаны на свободно льющихся мелодиях широкого дыхания. В процессе развития мелодии переносятся в другие регистры (словно передаваясь от скрипки к виолончели), обрастают дополнительными мелодическими голосами – столь же напевными, как основная мелодия. К ним примыкает «уютная» картинка «У камелька», в элегической мелодии которой слышатся даже отголоски речевых интонаций.

Наряду с пейзажными зарисовками во «Временах года» воплощены картины из жизни русского народа («Песня косаря», «Масленица», «Жатва»). В этих народно-бытовых сценах используются разнообразные колористические приемы: перезвон бубенцов и имитация звучания гармоники в «Масленице», подражание рогу в «Охоте». Впрочем, звукоизобразительность не чужда и пейзажным зарисовкам: в «Песне жаворонка» птичье щебетание передано настолько ясно, что природный прообраз музыкального материала без труда угадывают даже маленькие дети.

Жанровая основа пьес зачастую проявляется весьма своеобразно. Так, применительно к «Подснежнику» можно говорить об оттенке вальсообразности – но именно об оттенке, назвать эту пьесу вальсом в подлинном смысле все же нельзя. «Жатве» сам Чайковский предпослал подзаголовок «Скерцо». «Баркарола» – вопреки своему заглавию – не имеет никаких характерных признаков этого жанра: она написана в размере 4/4, без всякого намека на трехдольность, нет в пьесе и характерного «покачивающегося» аккомпанемента. Некоторое недоумение способно вызывать использование вальса в пьесе «Святки». Впрочем, в ту эпоху вальс настолько вошел в русский музыкальный быт, что его иностранное происхождение уже не имело особого значения. Правда, вальс не танцевали в крестьянской среде – но ведь святочных гаданий не чуждались и девушки-дворянки (достаточно вспомнить пушкинскую Татьяну).

В фортепианном цикле «Времена года» воплощены самые типические реалии русской жизни – от пейзажей до бытовых сцен.

 

Все права защищены. Копирование запрещено

Времена года в классической музыке: Петр Чайковский. 12 характерных картин для фортепиано

ProstoSound продолжает цикл материалов, объединенных темой "времена года в классической музыке". На этот раз мы коснемся творчества Петра Чайковского, его двенадцати характерных картин для фортепиано, которые нужно слушать каждому. Мы узнаем историю создания цикла и кратко познакомимся с каждым из двенадцати музыкальных месяцев.

«Времена года» Петра Чайковского - своеобразная галерея, в которой каждая картина - маленький фортепианный шедевр. Цикл во многом автобиографичен, поскольку композитор отразил в музыке свои воспоминания, размышления о встречах и событиях из своей жизни, о картинах природы, увиденных им когда-то. В картинах запечатлены все характерные особенности жизни российской усадьбы  XIX века, а также  петербургские городские пейзажи. Здесь есть все: бескрайние просторы русских полей, быт деревни, городские пейзажи и бытовые истории горожан.

Как и у Вивальди, каждой пьесе цикла Чайковского предпосланы поэтические эпиграфы. Авторами стихов, использованных в качестве эпиграфов, были русские поэты: Александр Пушкин, Аполлон Майков, Алексей Кольцов, Петр Вяземский, Алексей Толстой и другие.

К созданию цикла в 1875 году Чайковского подтолкнул нотоиздатель Н.М. Бернард, который фактически и стал автором всех заглавий, а также лично подбирал стихи для эпиграфов.  Изначально пьесы издавались в журнале «Нувеллист» по мере написания их композитором, поэтому название цикла «Времена года» в первый раз возникло лишь в конце 1876 года, когда все пьесы были изданы одним сборником.

Цикл довольно быстро набирал популярность как среди пианистов-любителей, так и в профессиональных кругах и по сей день остается одним из самых известных и популярных фортепианных произведений не только русской, но мировой музыкальной коллекции.

«У камелька». Январь.
«И мирной неги уголок
Ночь сумраком одела.
В камине гаснет огонек,
И свечка нагорела».

А.С. Пушкин

Камелек - так в русских дворянских домах и в крестьянских избах называли камин (очаг) - место сбора всей семьи в морозные вечера. В крестьянских избах у камелька занимались рукоделием, пели душевные песни, в дворянских домах - играли на музыкальных инструментах, читали вслух книги, рассказывали истории. Вот именно такие картинки рисует Чайковский в пьесе. В ней три раздела. В первом музыка звучит в подражание человеческому голосу, медленно произносящему короткие фразы. Это состояния вечерней меланхолии, такой знакомой самому композитору. Второй раздел несколько живее, энергичнее по характеру, пассажи фортепиано скорее напоминают звуки арфы. Третий раздел поначалу повторяет  первый, но в заключении картина начинает растворяться, звук затихает, снова слышатся переливы арфы и постепенно рисунок пропадает.

«Масленица». Февраль.
«Скоро масленицы бойкой
Закипит широкий пир».

П.А. Вяземский.

В этой пьесе слышатся звуки народного гуляния, одна картинка сменяется другой словно в калейдоскопе, здесь и возгласы толпы, и народные инструменты. Первая тема пьесы проходит сквозь нее как связующая, на нее словно жемчужины на нить нанизаны все картинки масляничного гуляния. И в итоге, автор рисует одну большую яркую, пеструю картину празднества.

«Песня жаворонка». Март.
«Поле зыблется цветами,
В небе льются света волны.
Вешних жаворонков пенья
Голубые бездны полны»

А.Н. Майков

Жаворонок - вестник весны.  Его характерные трели мастерски переданы Чайковским в обеих темах пьесы: лирической и более жизнерадостной и светлой. Легко представить себе взмывающую ввысь, щебечущую птицу, возвещающую скорый приход весны. Композитор, переплетая две  упомянутые темы, создает точное настроение марта с его изменчивой погодой. Автор заканчивает пьесу оптимистическими трелями жаворонка, а это значит, что настоящей весны ждать недолго.

«Подснежник». Апрель
«Голубенький чистый
Подснежник: цветок,
А подле сквозистый
Последний снежок.
Последние слезы
О горе былом
И первые грезы
О счастьи ином...»

А.Н. Майков

Подснежник - цветок, первый пробивающийся весной сквозь снег. Он символизирует рождение новой жизни после зимних морозов. В пьесе использован ритм вальса, что делает ее воздушной и спонтанной. В пьесе композитор передал то волнительное состояние, охватывающее человека, созерцающего весеннюю природу, радость и надежду на будущее, вселяющиеся в его душу. Пьеса, состоящая из трех разделов, не содержит контрастных смен настроения, это, скорее, оттенки того радостного чувства, которое охватывает человека при виде пробивающегося сквозь снег подснежника.

«Белые ночи». Май
«Какая ночь! На всем какая нега!
Благодарю, родной полночный край!
Из царства льдов, из царства вьюг и снега
Как свеж и чист твой вылетает май!»

А.А. Фет

Белые ночи, наверное, самое романтическое время в Петербурге. Это время запечатлели в своих произведениях художники, поэты, писатели. Вот и Петр Чайковский в пьесе, посвященной маю, передает романтику этого времени. В пьесе встречаются противоречивые чувства: грусть и тягостные размышления героя на фоне завораживающих пейзажей белых ночей.

В пьесе два больших раздела: вступление и заключение. Они как бы обрамляют всю пьесу. Они выступают музыкальным пейзажем, изображающим белые ночи. Вступление, строящееся на подобных вздохам коротких музыкальных фразах, напоминает о тихих  ночных улицах Петербурга, размышлениях о состоянии одиночества, об ожидании счастья. Далее настроение музыки меняется становится волнительным и где-то  страстным. Душевная взволнованность наполняется  восторженно-радостными красками. Но ближе к заключению пьесы вновь возвращается успокоение, слушателя обволакивает белая ночь в незыблемом, величественном и нежно любимом автором Петербурге.

«Баркарола». Июнь
«Выйдем на берег, там волны
Ноги нам будут лобзать,
Звезды с таинственной грустью
Будут над нами сиять»

А.Н. Плещеев

«Баркарола» - слово, пришедшее из итальянской народной музыки. Так называются  песни лодочников, гребцов. Особую популярность баркаролы имели на венецианских каналах, где гондольеры пели пассажирам свои мелодичные, подчиненные  ритму движения весел песни. Баркарола была популярной и среди русских композиторов. Эта пьеса также относится к петербургским пейзажем Чайковского в рамках цикла. Ведь город на Неве также испещрен каналами и мелкими речками, как и Венеция. Первая часть пьесы - это песня, звучащая широко и выразительною. Закройте глаза и почувствуйте, как раскачивается лодка на легких волнах гитарных переливов.  Далее  музыка меняет настроение. Вот лодка поплыла быстрее, весело, с шумом быстрых волн. На душе радостно и беззаботно. Но постепенно лодка удаляется, возвращается умиротворение, мелодия вновь становится романтично-тягучей, как мечтательный взгляд вслед уплывающему вдаль суденышку, все затихает и даже всплески волн на реке еле слышны.

«Песнь косаря». Июль:
«Раззудись, плечо Размахнись рука!
Ты пахни в лицо, Ветер с полудня!»

А.В. Кольцов

«Песнь косаря» переносит нас с улиц и каналов Петербурга  на деревенские просторы. Это подражание народным песням, которые слышались в полях, сопровождая ритмичные и равномерные взмахи рук косарей. Звон косы и веселые голоса поющих крестьян - сюжет, не редко встречающийся в литературе и фольклоре. Сама песнь звучит в первом и третьем разделах пьесы. Движения косаря энергичны и широки, а его песня им подстать: громогласна и ритмически четкая. Средний эпизод - более быстр, в нем слышны звуки  русских народных инструментов, а голос самого косаря как будто затихает. Но в третьей части он слышится с новой силой, как послед небольшого отдыха, который взял крестьянин, чтобы через несколько минут вновь взяться за работу с песней.

«Жатва». Август
«Люди семьями
Принялися жать,
Косить под корень
Рожь высокую!
В копны частые
Снопы сложены.
От возов всю ночь
Скрыпит музыка.»

А.В. Кольцов

Мы снова в деревне. Созрел урожай, и крестьяне выходят в поле, чтобы его убрать. И вновь звучит песня.  Композитор рисует  яркие картины, посвященные быту русских земледельцев. Здесь слышен оживленный характер совместного крестьянского труда. Затем композитор переводит свой взгляд на лирику деревенского пейзажа, характерного для среднерусской полосы, на фоне  которого и происходит  жатва. О своем восхищении пейзажами русской деревне сам Петр Ильич не раз говорил и в своих письмах. Поэтому совершенно неудивительна та любовь, с которой он подошел к написанию этой пьесы.

«Охота». Сентябрь
«Пора, пора! Рога трубят:
Псари в охотничьих уборах
Чем свет уж на конях сидят;
Борзые прыгают на сворах.»

А.С. Пушкин

Охота -  характерная черта России XIX века. В русском языке слово «охота» означает не только процесс  промысла диких животных, но и «желание», «стремление», «страсть». Этому азартному, веселому, шумному времяпрепровождению с пением рогов, лаем собак уделено не мало страниц в русской литературе, написана не одна картина. И слушая пьесу Чайковского, понимаешь, что охота в дворянской России больше забава нежели необходимый промысел. В музыке слышны удаль и веселье, топот копыт и звуки охотничьих рогов. Звучные фортепианные аккорды ясно рисуют картины осеннего леса, чуть подернутых золотом листьев, солнечные блики и стаю гончих, идущих по следу дичи.

«Осенняя песнь». Октябрь:
«Осень, осыпается весь наш бедный сад,
Листья желтые по ветру летят...»

А.К. Толстой

Осень - одна из любимых пор в России, поскольку ее воспевание  встречается в произведениях многих  писателей, поэтов, художников и музыкантов. Осень олицетворяла собой и неповторимую красоту природы России, и пору, полную тоски об уходящем лете и грядущей зиме.  «Осенняя песнь»  в цикле занимает одно из самых важных мест. Ее  трагический колорит представляет собой содержательный центр, итог всего рассказа композитора о жизни России и ее природы. Октябрь - можно назвать песнью об умирании всего живого в природе. Мелодия наполнена по большей части грустными интонациями. И хотя средняя часть и несет в себе всплеск оптимизма, надежду и воодушевление, в третьем разделе они все же уступают место печальным мыслям о безнадежном полном умирании. О настроении автора говорят и сделанные им пометки относительно характера исполнения окончания пьесы: «morendo», - термин, означающий «замирая»,-  не содержат в себе никаких надежд относительно возрождения и возникновения в приближенном будущем новой жизни.

«На тройке». Ноябрь:
«Не гляди же с тоской на дорогу
И за тройкой вослед не спеши
И тоскливую в сердце тревогу
Поскорей навсегда затуши.»

Н.А. Некрасов

Тройка - еще одна колоритная черта России  XIX века. Наличие в цикле такой  пьесы можно воспринимать как озвученную композитором надежду на продолжение жизни, пусть и в несколько элегическом тоне. И главными символами продолжения жизни выступают именно тройка и звенящие под дугой колокольчики.  В начале пьесы звучит  широкая мелодия, напоминающая красивую и протяжную  народную песню. Ее сменяют тени невеселых мыслей. Грусть постепенно развеивается приближающейся тройкой и звоном колокольчиков. Тройка промчалась, слышится песнь ямщика, постепенно растворяющаяся вдали.

«Святки». Декабрь
Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали,
За ворота башмачок
Сняв с ноги бросали.»

В.А. Жуковский

Эта пьеса завершает цикл. Композитор добавил свой подзаголовок к «Святкам» - «Вальс». И в этом нет ничего удивительного, ведь вальс во времена написания Чайковским «Времен года» был популярным танцем, он символизировал семейные праздники. На самом деле  в пьесе вальс звучит только эпизодами, чередуясь с основной мелодией. У финала пьесы очень ответственная задача - ведь он завершает весь цикл. И Чайковский рисует картину теплого семейного праздника с Рождественской елкой и вальсирующими вокруг нее парами.

Непреходящие «Времена» - Музыкальное обозрение

«Времена года»

МО | Ваш проект явился своего рода диалогом или творческим соревнованием с Александром Гауком?

СА | Как мне помнится, в начале 1960-х годов Центральное телевидение транслировало из одной из своих студий выступление Госоркестра. Это были «Времена года» Чайковского, с большим предисловием Евгения Светланова, главного дирижера этого оркестра.

Тогда я впервые и услышал эту интерпретацию. Она и сегодня достойна внимания. Помимо записи Светланова существуют еще записи Н. Ярви, К. Орбеляна.

Версия Гаука, несомненно, концептуальна. Она верна оригиналу в базовых элементах фортепианного изложения и в мельчайших его деталях. Среди них, к примеру, мы находим вполне пианистичные, однако абсолютно непригодные для оркестра фигурационные рисунки, которые в частности, можно найти в «Августе».

Как и многих других, меня заставило взяться за оркестровую редакцию «Времен года» известное свойство этого цикла: он просится за рамки фортепиано соло. Многие его мелодические обороты и модели фактуры имеют своих двойников в инструментальных соло автора, в его балетах, операх и симфониях.

Идея не давала мне покоя в течение многих лет. Когда же я, наконец, решился начать работу, то уже знал, что нужно идти иным путем, нежели «как можно ближе к нотному тексту оригинала».

Этот путь как систему и проводил в жизнь всей своей деятельностью Ю.А. Фортунатов. (Ему я и посвятил эту свою работу). После многих лет общения с ним, я понял, чтó мешает мне в практике переложения неоркестровых произведений для оркестра: привязанность к оригиналу, избыточная, беспрекословная верность его деталям вопреки природе оркестра – той среды, в которой предстоит обрести новую жизнь идеям композитора.

Особенность моей оркестровой версии «Времен года» заключается в методе, который рассматривает оригинал (фортепианный) как своего рода авторский набросок, схему будущего или возможного оркестрового произведения, или скорее наоборот — фортепианного переложения существующей в воображении композитора (симфонической) партитуры. Такой подход позволяет принять условия нового, многофункционального исполнительского состава и освобождает от прямого копирования текста средствами других инструментов, помогает мыслить оркестрово по моделям самого композитора. Вы преодолеваете гравитацию фортепиано и входите в звуковое пространство другого измерения, со своими акустическими законами. И потенциал произведения идет вам навстречу, по-новому раскрывает свои возможности, помогает дышать скрытым фактурным линиям.

МО | Наверное, для совершения такого творческого акта необходимо освободиться от штампов, каких-то вериг пиетета перед великим композитором, чтобы дать волю своей творческой фантазии, или именно для того, чтобы войти в образ композитора?

СА | Помимо обязательного владения всем оркестровым аппаратом, необходимо и умение услышать постоянно как бы парящие в воздухе характерные для автора последовательности —аккордовые, тембровые, регистровые.

Ты входишь в новую среду и чувствуешь, что можешь с ней говорить на ее языке. И тогда она вступит с тобой в диалог особого типа, где основой является твоя память и интуитивный контакт с подвешенными в мастерской самого автора инструментами. Ты как приведение проникаешь в его мастерскую и работаешь с его инструментарием. В полном смысле слова как ghostwriter. Разве что позволяешь себе не оставаться анонимным. Уровень контакта со звуковым миром композитора — он и отвечает за музыкальность и достоверность результата.

МО | То, о чем Вы рассказываете — это и не композиция, и не аранжировка, и не оркестровка, а нечто иное, вообще из другого ряда работы с исходным материалом.  Как можно определить этот вид творчества?

СА | Это можно квалифицировать как «интерпретация», в данном случае «симфоническая интерпретация». Но такого жанра композиции, пожалуй, не существует.

МО | Расскажите немного конкретнее о принципах Вашей работы.

СА | Я исповедаю два принципа работы, и не только по отношению к этому циклу.

Первый: обнаружить логику экспонирования и развития уже готового произведения.

Второй принцип — это дописать те детали музыкальной ткани, которых недостает для полномасштабного претворения этой самой логики. Ты до тех пор блуждаешь среди, образно говоря, лексем, фонем и морфем Чайковского, пока то ли ты их, то ли они тебя не приручат, и не зазвучит сам композитор.

Например, в двух случаях потребовалось ввести по одному вступительному такту («Март» и «Август»), чтобы помочь слушателю легче войти в характер движения. И в одном случае дописано краткое вступление («Декабрь»), основанное на интонациях средней части. Есть и моменты, когда потребовалось дописать заключение. Но не как самоцель, а как результат высокой плотности музыкальных событий или высокого уровня событийности. А также инерцией движения, определенной большим составом, которому нужно время, чтобы остановиться. У него другой «тормозной путь».В оркестровом прочтении Чайковский не пошел бы тем же путем, как и в окончаниях сочинений для фортепиано.

Несколько слов о фортепианном цикле П. И. Чайковского «Времена года» Текст научной статьи по специальности «Искусствоведение»

УЧЕНЫЕ ЗАПИСКИ КАЗАНСКОГО УНИВЕРСИТЕТА.

__СЕРИЯ ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ

2018, Т. 160, кн. 5 С.1268-1277

НАСЛЕДИЕ

УДК 811.161.1

НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ФОРТЕПИАННОМ ЦИКЛЕ П.И. ЧАЙКОВСКОГО «ВРЕМЕНА ГОДА»*

В.М. Марков Аннотация

В статье анализируется цикл миниатюр П.И. Чайковского, известный под названием «Времена года» (1876). Рассматриваются история создания цикла и жанровые особенности входящих в него пьес, затрагивается вопрос о связи между музыкальным характером миниатюр и их стихотворными эпиграфами. На основании изучения музыковедческой литературы и эпистолярного наследия композитора делаются выводы о неправомерности противопоставления пьес внутри цикла и их толкования с опорой на эпиграфы, о неизбежной субъективности интерпретации миниатюр и связанной с этим недопустимости категоричных характеристик данных фортепианных произведений.

Ключевые слова: П.И. Чайковский, цикл «Времена года», фортепианная миниатюра, музыковедение

Небольшие фортепианные произведения П.И. Чайковского ещё долго будут привлекать внимание музыковедов в силу их недостаточной изученности и исключительных художественных достоинств. Особое место среди них принадлежит общеизвестному циклу миниатюр под названием «Времена года». С самого начала необходимо оговориться: слово миниатюра употребляется нами в общепринятом значении вне всяких попыток его специфической терминологизации, которые проявляются в некоторых музыковедческих работах. А.А. Николаев, автор книги «Фортепианное наследие Чайковского» [1], к которой нам неоднократно придётся обращаться, в частности, замечает: «Говоря о фортепианных миниатюрах как типе музыкального сочинения, мы имеем в виду не только масштабную сторону, но и характерное поэтически-интимное содержание таких произведений. Так, например, если большинство "Песен без слов" Мендельсона можно рассматривать как классические образцы миниатюр романтического стиля, то некоторые прелюдии и ноктюрны Шопена и небольшие пьесы Шумана требуют иного определения, так как по своему содержанию они выходят за рамки понятия миниатюры» [1, с. 97].

*

Статья печатается с разрешения вдовы В.М. Маркова - Заиконниковой Татьяны Павловны, у которой хранится оригинал рукописи. Написана в 2003 году.

ISSN 2541-7738 (Print) ISSN 2500-2171 (Online)

Нелегко догадаться, какие особенности содержания могут в данном случае приниматься в расчёт при выделении из небольших по объёму произведений некоей группы, которая остаётся, так сказать, без названия. Касаясь непосредственно «Времён года», автор пишет: «Большинство пьес цикла "Времена года" можно отнести к миниатюрам. Но среди этих произведений есть сложные по психологическому содержанию картины, раскрывающие чувства человека с такой силой и динамичностью симфонического развития, что они как бы (!) выходят за рамки миниатюры» [1, с. 144]. К собственно миниатюрам А.А. Николаев относит такие пьесы, как «Песнь жаворонка», «У камелька», «Подснежник», «Белые ночи», «Песнь косаря», «Охота», «Святки», «Масленица»; им противопоставляются «Баркарола», «Жатва», «Осенняя песня», «На тройке», то есть произведения, которые, по мнению автора, имеют черты, «отличающие их от жанра миниатюры» [1, с. 144]. «Баркарола Чайковского, - пишет А.А. Николаев, - это не только пейзаж, но и картина, рисующая душевное состояние человека, прислушивающегося к дыханию летней ночи (?), в глубокой задумчивости отдавшегося чувству покоя, общения с природой» [1, с. 145]. А разве пьеса «Белые ночи» (тут уж, действительно, ночи) не передаёт душевное состояние человека, его лирических раздумий, навеянных красотой окружающего мира? Не останавливаясь на других аналогичных примерах, подчеркнём, что противопоставление пьес внутри единого цикла (миниатюра - не миниатюра) тем более недопустимо, что цикл, как правило, объединяет пьесы, подчиняясь какому-то определённому принципу и тем самым своеобразно уравновешивая входящие в него компоненты. Остаётся добавить, что сам А.А. Николаев в последующих разделах своей книги уже без всяких оговорок пишет о миниатюрах Шопена [1, с. 232], о миниатюрах Глинки [1, с. 238], о миниатюрах Чайковского [1, с. 238] и т. д.

История создания цикла «Времена года» достаточно хорошо известна. В книге Г.А. Прибегиной «Пётр Ильич Чайковский» (1990) говорится: «Ещё не завершив балет, Чайковский уступил просьбе редактора и издателя петербургского журнала "Нувеллист", Н.М. Бернарда, и начал сочинять цикл пьес для фортепиано "Времена года". В декабрьском номере журнала за 1875 год было напечатано сообщение о том, что "знаменитый композитор П.И. Чайковский обещал редакции "Нувеллиста" своё сотрудничество и намерен в будущем году поместить целую серию своих фортепианных композиций, характер которых будет вполне соответствовать как названию пьес, так и впечатлению того месяца, в котором каждая из них появится в журнале"» [2, с. 67]. Это сообщение было основано на письме Чайковского Бернарду от 24 ноября 1875 года: «Добрейший Николай Матвеевич! Получил Ваше письмо. Очень благодарен Вам за любезную готовность платить мне столь высокий гонорарий. Постараюсь не ударить лицом в грязь и угодить Вам. Я пришлю Вам в скором времени первую пи-эсу, а может быть и разом две или три. Если ничто не помешает, то дело пойдёт скоро; я очень расположен заняться теперь фортепианными пиэсками. Ваш Чайковский. Все ваши заглавия я сохраняю» [3, с. 380]. В своей книге «Чайковский» (1992) Л.С. Сидельников так представляет развитие событий: «Бернард сам предложил названия этих миниатюр и при издании предпослал им стихотворные эпиграфы, которые выбрал из произведений русских поэтов. Пётр Ильич с радостью принялся за работу, которая ему явно понравилась. Сразу же он сочинил

и направил заказчику две миниатюры: "У камелька" - январь и "Масленица" -февраль. Через две недели в журнале "Нувеллист", вышедшем 1 января 1876 года, появилась первая миниатюра фортепианного цикла "Времена года". Каждый последующий номер ежемесячного журнала с очередной пьесой уже известного в России композитора любители музыки ожидали с большим нетерпением... Последняя пьеса "Святки", напечатанная в журнале "Нувеллист" 1 декабря 1876 года, органично завершила цикл» [4, с. 189-190]. Напомним, что в том же году тем же издательством Бернарда «Времена года» были выпущены отдельным сборником, переизданным в 1885 г. П.И. Юргенсоном.

Интересны те сведения, которые характеризуют отношение П.И. Чайковского ко взятой им на себя задаче. Н.Д. Кашкин в своих «Воспоминаниях о П.И. Чайковском» (1896) рассказывает: «Чайковский принял заказ и выполнил его со свойственною ему аккуратностью. Сам он считал эту работу очень лёгкою, незначительною и, чтобы не пропустить как-нибудь условленного срока доставки пьес, поручил своему слуге каждый месяц в известное число напоминать ему о заказе. Слуга выполнил очень точно приказанное и ежемесячно в известный день говорил: "Пётр Ильич, пора-с посылать в Петербург", и Пётр Ильич в один присест писал пьесу и отправлял её. Несмотря на такую, по-видимому, небрежность работы, этот цикл фортепьянных сочинений вышел чрезвычайно удачным и пользуется популярностью не только у нас в России, но и за границей» [5, с. 105]. Очевидно, на самом деле всё было не так уж просто, как это может показаться со слов Кашкина. За кажущейся лёгкостью, конечно же, лежит огромный художественный опыт, обилие накопленных впечатлений, богатая творческая фантазия, подогретая интересом и любовью к природе и людям. Было бы недопустимой ошибкой приуменьшать достоинства интересующих нас произведений, видя в авторском отношении к ним недостаток творческой инициативы, проявление небрежности или спешки.

Важно учитывать то, что сам Чайковский говорит по поводу работ, сделанных по заказу. Так, в одном из писем к фон Мекк он пишет: «Я должен сделать очень важное для разъяснения процесса сочинения подразделение моих работ на два вида. 1) Сочинения, которые я пишу по собственной инициативе. 2) Сочинения, которые я пишу вследствие внешнего толчка, по просьбе друга или издателя, по заказу. Спешу оговориться. Я уже по опыту знаю, что качество сочинения не находится в зависимости от принадлежности к тому или другому отделу. Очень часто случалось, что вещь, принадлежащая ко второму разряду, несмотря на то что первоначальный толчок к её появлению на свет получался извне, выходила вполне удачной и, наоборот, вещь, задуманная мной самим, вследствие побочных обстоятельств, удавалась менее. Эти побочные обстоятельства, от которых зависит то состояние духа, в котором пишется сочинение, имеют громадное значение» [6, т. 1, с. 371]. Показательно и другое замечание Чайковского в его письме к П.И. Юргенсону: «Я, признаться, люблю работать к спеху, люблю, когда меня ждут, торопят. И это нисколько не отзывается на качестве моих произведений» [7, с. 135]. Казалось бы, вопрос о «качестве» миниатюр, входящих в цикл «Времена года», в настоящее время мог и не затрагиваться, если бы не некоторые высказывания, встречающиеся в современной музыковедческой литературе.

Так, В.А. Могильницкий, автор книги «Святослав Рихтер» (2000), касаясь исполнения пьес, входящих в цикл «Времена года», замечает: «.при непредвзятом, объективном рассмотрении любой "знающий" человек согласится, что "Времена года", наряду с другими фортепианными произведениями Петра Ильича (исключая разве Первый концерт), - это вещи не ранга шедевров, если сравнивать и с его собственными "эталонами", и с эталонами мирового пианистического репертуара; это не "Пиковая дама", не Пятая и Шестая симфонии, даже не "Щелкунчик" и, конечно же, не "Вариации на тему Диабелли", не "Симфонические этюды", не шумановские (шубертовские, листовские, шопеновские, скрябинские) пьесы "малой формы". В общем, милые, симпатичные, знакомые всем вещицы, от которых не ждёшь и не требуешь ничего "особенного"» [8, с. 270, сноска]. Странное, озадачивающее рассуждение! Думается, что «знающему» человеку никогда не придёт в голову оценочно сравнивать симфонию и миниатюру, оперу и романс, тем более когда их автор - один и тот же гениальный художник. Вместе с тем одноплановое рассмотрение разнотипных произведений в качестве равноправных в художественном отношении объектов профессионального исполнительства является вполне закономерным.

Приведём ряд высказываний, соответствующих этому утверждению.

• «Всегда событиями были его (Оборина) концерты. Мне неоднократно посчастливилось слышать си-минорную Сонату Шопена и прелюдии Дебюсси, "Времена года" Чайковского и Сонату ля-бемоль мажор (ор. 110) Бетховена. Огромные, неизгладимые впечатления» (Е.Г. Новицкая) (см. [9]).

• «.Подобно прелюдиям Шопена, "Годам странствий" Листа или прелюдиям Дебюсси, цикл "Времена года" представляет собой малую антологию идей и стиля композитора; излучение творческого гения Чайковского здесь не меньше, чем в его "Онегине", симфонических сочинениях» (В.П. Чинаев)1.

• «Каждое исполненное произведение несёт в себе эманацию личности исполнителя, его художественного "Я". Рахманинов присутствует во всём: и в "Тройке" Чайковского, и в "Карнавале" Шумана, и в Ь-то11ной сонате Шопена» (Я.И. Мильштейн) (см. [10]).

• «С удивительной искренностью и обаянием играл он (Оборин) Второй и Третий концерты Рахманинова, "Времена года" Чайковского» (Я.В. Флиер) (см. [9]) и т. д.

Любопытно, что рассуждения В.А. Могильницкого об особенностях рихте-ровского исполнения пьес из цикла «Времена года» несколько неожиданно для читателя заканчиваются следующими словами: «Пусть такой Чайковский необычен, не обжит слухом, в нём нет игумновской задушевности или рахманинов-ской "характерности"; пусть этот Чайковский у Рихтера - не побоюсь сказать -даже немного "не русский", но зато - какая чистота и свежесть, какая высочайшая духовность его прочтения этих "полудомашних", "полусалонных", "полуученических" пьес! Все они, и "Баркарола", и "На тройке". - увидены им самим и показаны нам как истинные драгоценности, жемчужины фортепианной музыки. После этого остаётся только устыдиться самой мысли о какой-то "второразрядности" этих произведений - мысли недостойной и недалёкой

1 Чинаев В.П. Пояснение к пластинке «Времена года». 1988.

(Курсив наш. - В.М.)» [8, с. 273]. Нет нужды, таким образом, лишний раз говорить о цикле «Времена года» как об одном из ярчайших творческих достижений.

Эпиграфы к пьесам, входящим в цикл, подобраны Н.М. Бернардом из стихотворений Пушкина, Вяземского, Майкова, Плещеева, Фета, А. Толстого, Кольцова, Жуковского и Некрасова. Чайковский в общем не возражал против такого приложения, привнесённого заказчиком, хотя никаких свидетельств его одобрения (речь идёт именно об эпиграфах, а не о программе) мы как будто бы не имеем. Может быть, что-то разъяснило бы в данном случае признание Чайковского в письме к Э.К. Павловской: «Вы знаете, что я спорить не люблю и подчиняюсь необходимости» (см. [11]). Так или иначе, но содержание эпиграфов далеко не всегда соответствует содержанию пьес. Например, говоря о «Баркароле», А.А. Альшванг замечает: «Эпиграф не даёт даже намёка на баркаролу». В отношении эпиграфа к «Святкам» (Раз в крещенский вечерок / Девушки гадали.) он же пишет: «Музыка грациозного вальса передаёт скорее танец, чем сцену гадания» (см. [12]). Странным представляется эпиграф (из Майкова) к пьесе «Март. Песня жаворонка» (Поле зыблется цветами, / В небе льются света волны, / Вешних жаворонков пенья / Голубые бездны полны). В нашем среднерусском марте поле, как известно, цветами не зыблется и т. д.

Все эти «мелочи» можно было бы не замечать: мало ли какие огрехи встречаются в практике разного рода публикаций! В данном случае, однако, приходится обращать на это внимание, поскольку в ряде работ толкование музыки Чайковского осуществляется с опорой на эпиграф, содержание которого композитор едва ли имел в виду. «Эпиграфом к "Баркароле", - пишет, например, А.А. Николаев, - служат стихи Плещеева, где говорится о "таинственной грусти звёзд"; и в мелодии "Баркаролы" Чайковский передаёт эту грусть характерными интонациями, отвечающими на спокойное подъёмное движение в начале темы» [1, с. 143]. Касаясь пьесы «На тройке», А.А. Альшванг пишет:

«Не гляди же с тоской на дорогу И за тройкой вослед не спеши, И тоскливую в сердце тревогу Поскорей навсегда заглуши.

Приведённое четверостишие явилось импульсом (!) для создания музыкальной картины дороги, увлекательную прелесть которой Чайковский так удачно воспроизвёл» [12, с. 194]. С иной точки зрения указывает на это четверостишие Г.М. Коган: «Глубина погружения артистического резца Рахманинова преображает привычный облик произведения. Из поднотных тайников пьесы, понимавшейся и исполнявшейся другими пианистами как благодушное лирическое излияние, поднимается и застывает в муке трагическое изваяние Одиночества. Но соответствует ли подобное толкование содержанию произведения, не является ли оно искажением воли автора, насилием над его творением? Для ответа достаточно напомнить то стихотворение Некрасова, отрывок из которого Чайковский взял (?) эпиграфом к своей пьесе» (см. [13]). Полагаем, что не достаточно. Когда эпиграф берётся из хорошо известного произведения, то за ним невольно видится целое как общая мысль, как определённое настроение и предназначение, как отражение личности или ситуации. Образ женщины, состояние женской

безнадёжности и тоски - разве можно это безоговорочно перенести на личность автора, на особенности его переживаний? К тому же требует дополнительных пояснений слово «взял», содержащееся в приведённой цитате, поскольку в данном случае нет никаких убедительных свидетельств авторской инициативы.

Во многих случаях, таким образом, эпиграф едва ли может служить надёжным основанием для понимания картин и настроений, передаваемых музыкой которая во «Временах года», безусловно, программная, то есть, как писал об этом Чайковский в одном из писем к фон Мекк, она предоставляет возможность «словами изъяснить то, что она пыталась выразить». Однако реализовать эту возможность, как показывает музыковедческий опыт, нелегко. Субъективизм в данном случае неизбежен, и это необходимо сознавать, чтобы избавиться от недопустимой категоричности толкований. Материалом для размышления на эту тему может послужить то, что говорилось по поводу пьесы «На тройке». Г.М. Коган, как известно, дал развёрнутую характеристику исполнения этой пьесы Рахманиновым, утверждая, что «рахманиновская трактовка "счистила" с "Тройки" ржавые отложения искажающих истолкований, дав неизмеримо более глубокое и правильное (Курсив наш. - В.М.) раскрытие авторского замысла. Правдивая (Курсив наш. - В.М.) интерпретация Рахманиновым музыки Чайковского является вместе с тем столь же правдивым выражением его собственного душевного состояния. Глубокая тоска "Тройки" сродни всей натуре Рахманинова» [13, с. 228].

Резкость, прямолинейность высказываний Г.М. Когана вызывает недоумение. Такие характеристики, как «правильное», «правдивое» исполнение, естественно, требуют предельной осторожности, тем более тогда, когда существуют другие образцы выдающегося исполнения, связанные с иным пониманием исполняемой музыки. Сам Г.М. Коган, говоря о К.Н. Игумнове, замечает: «Верх совершенства - его исполнение Чайковского, в особенности миниатюр: "Осенней песни" и других пьес из цикла "Времена года"» [13, с. 357]. «К характерным чертам интерпретации фортепьянного наследия Чайковского Игумновым и Гольденвейзером, - пишет А.А. Николаев, - следует также отнести оптими-стичность трактовки его лирических пьес, идущую вразрез с пониманием Чайковского как выразителя "русской тоски" и унылого пессимизма. Наиболее ярким примером такого подхода к произведениям композитора является интерпретация Рахманиновым пьесы "На тройке". Великий пианист гениально воплотил свой замысел, но придал произведению не свойственную ему психологическую окраску, насытил его драматизмом, который, скорее, выражал его собственную, рахманиновскую, тоску по родине» [1, с. 234-235].

Частные замечания, касающиеся пьесы «На тройке», подводят нас к вопросу о характере музыки всего цикла в целом. Здесь мы также находим противоречия, своеобразно проявляющиеся даже под пером одного и того же музыковеда. Так, А.А. Николаев замечает: «В музыке Чайковского отражена жизнь, в своём вечном обновлении побеждающая смерть. Его искусство тянется к солнцу, свету и теплу; оно даёт нам чувство радости, заставляет мечтать о прекрасном будущем и ценить прекрасное в настоящем» [1, с. 62]. С другой стороны, говоря об интересующем нас цикле, он пишет: «Общий тонус всего цикла грустный, лирический,

несмотря на отдельные светлые и радостные моменты. Почти в каждой пьесе (за исключением "Масленицы", "Охоты" и "Святок") чувствуется затаённая печаль о том, что всё в жизни уходит в прошлое» [1, с. 141]. Последняя точка зрения получила достаточно широкое распространение, о чём свидетельствует, в частности, популярная брошюра Л.В. Поляковой «Времена года» П.И. Чайковского» (1951). В ней говорится: «Общее настроение "Времён года" грустное, элегическое, несмотря на отдельные светлые и радостные эпизоды. Смена месяцев вызывает где-то в глубине сознания мысль об уходящей молодости, об уносящейся жизни» [14, с. 7]. Полагаем, что такое толкование музыки «Времён года» основано на странном недоразумении, которое легко преодолевается и при учёте биографических данных, и при более внимательном отношении к каждой из пьес.

С осени 1874 до лета 1876 г. П.И. Чайковский жил в Москве на Малой Никитской улице в доме Полуэктова. Это было время значительной творческой активности композитора. Здесь был написан Первый фортепианный концерт, завершена инструментовка «Лебединого озера», закончен Третий квартет и написаны «Времена года», то есть всё это относится ко времени, о котором Чайковский писал: «Сижу много дома и обретаюсь в очень хорошем расположении духа» [15, с. 105]. Можно ли не доверять композитору, слова которого словно подсказывают нам возможность наиболее достоверных толкований? Так, пытаясь понять настроение, передаваемое Чайковским в пьесе «У камелька» (первой миниатюре цикла), нельзя не вспомнить его письмо к Н.Ф. фон Мекк, в котором он посылает ей своё стихотворение «Ландыши». В нём содержатся следующие строки: Не радуют меня ни книги, ни беседа, Ни быстрый бег саней, ни бала шумный блеск, Ни Патти, ни театр, ни тонкости обеда, Ни тлеющих полен в камине тихий треск. Я жду весны [6, т. 2, с. 595]. Вслед за этим письмом Чайковский пишет другое, представляющее для нас особый интерес. «Я, -пишет он, - на себя наклепал в посланном Вам стихотворении: я очень люблю тлеющих полен в камине тихий треск. Ничто так не располагает к мечтам и сладким грёзам, как пылающий камин» [6, т. 2, с. 16]. Какая уж тут тоска по уходящей жизни! Её здесь нет, как нет её и в большинстве входящих в цикл произведений.

Чтобы в этом убедиться, достаточно обратить внимание на те характеристики пьес, которые даются в упомянутой брошюре Л.В. Поляковой (в очевидном противоречии с приведённым выше высказыванием автора). Март: светлая, прозрачная весенняя картина. композитор показывает не просто музыкальный пейзаж, а те настроения и чувства, которые рождает в человеческой душе картина весеннего пробуждения природы. Апрель: в пьесе глубоко и проникновенно передаётся то волнующее чувство, которое возникает при взгляде на светлую весеннюю природу, чувство радостное и скрытое, как робкая надежда. Май: музыка воплощает то мечтательное томление, которое охватывает человека в светлую весеннюю ночь, постепенно перерастая в восторженный порыв. волнение растет, доходя до восторженно-радостного подъёма. Июнь: упоение красотой летней ночи чувствуется в этой музыке. новое настроение -более радостное и беззаботное - в средней части пьесы, к концу которой словно слышатся быстрые и шумные всплески волн. Июль: крестьянин косит луг, напевая широкую и вместе с тем бодрую, ритмичную песню. общее настроение

пьесы бодрое, жизнерадостное. Август: пьеса по складу и характеру музыки напоминает скерцо - в ней царят оживление и суета. средняя часть - это словно светлая картина природы: далёкие просторы родных полей и т. д. О феврале («Масленица»), сентябре («Охота»), декабре («Святки») речь уже была. Остаётся лишь октябрь («Осенняя песня») - поистине гениальное воплощение печали увядания, глубокой человеческой тоски. На фоне всех других пьес это, конечно же, ярчайшее исключение. Таким образом, если брать сборник в целом, то ни о каком преобладании пессимистических настроений не может быть и речи.

Разумеется, каждый исполнитель руководствуется собственным воображением, определяющим индивидуальный характер игры. Не может не сказываться наличие специфических ассоциаций, о которых так живо и ярко рассказывал К.Н. Игумнов: «Фортепианные сочинения Чайковского - в сущности, программная музыка. Тут житейские воспоминания, впечатления, что-то бытовое, отошедшее в прошлое, касающееся и меня, моей жизни. А чего сам не испытал, легко представить себе. Вот, например, с "Подснежником" связаны воспоминания о том, как в детстве, в Лебедяни ходили рвать подснежники в монастырь. Нигде их больше не было, а в монастыре - очень много. "Белые ночи" - Нева, Петербург. Это не такие уж давние впечатления. "У камелька" - раньше не приходилось сидеть, а не так давно, когда ездил на дачу к знакомым, где был камин, -его, бывало, топили, а мы ложились около на ковёр и болтали. "Баркарола" -это обязательно на небольшой русской реке. "Святки" - вальс в домашнем уютном кругу» [16, с. 39]. Ясно, что другой музыкант под влиянием иных ассоциаций может представлять себе всё иначе, что, впрочем, лишь в незначительной степени может коснуться общего характера произведения. Так, А.А. Николаев, говоря о средней части пьесы «Жатва», замечает: «Здесь можно представить тихую ночь, отдых после трудового дня» [1, с. 145], тогда как Л.В. Полякова пишет о том же отрывке: «Может быть, это знойный полдень, отдых среди трудового дня» [14, с. 22]. К.Н. Игумнов, говоря о «Баркароле», как мы видели, подчёркивает: «это обязательно на небольшой русской реке». Почему именно так? Казалось бы, мерное движение волн, передаваемое основной мелодией пьесы, соответствует широкому водному пространству и т. д. Такого рода «несогласия», естественно, существенного значения не имеют.

Литература

1. Николаев А.А. Фортепианное наследие Чайковского. - М.: Музгиз, 1958. - 281 с.

2. ПрибегинаГ.А. Пётр Ильич Чайковский. - М.: Музыка, 1990. - 222 с.

3. ТуманинаН.В. Чайковский. Путь к мастерству. - М.: Изд-во АН СССР, 1968. - 582 с.

4. Сидельников Л.С. Чайковский. - М.: Искусство, 1992. - 352 с.

5. Кашкин Н.Д. Воспоминания о П.И. Чайковском. - М.: Музыкальная торговля П. Юргенсона, 1896. - 163 с.

6. Чайковский П.И. Переписка с Н.Ф. фон Мекк: в 3 т. - М.; Л.: Academia, 1934-1936. -Т. 1. - 643 с.; Т. 2. - 676 с.

7. Чайковский П.И. Переписка с П.И. Юргенсоном: в 2 т. - М.: Музгиз, 1952. - Т. 2: 1884-1893. - 343 с.

8. Могильницкий В.А. Святослав Рихтер. - Челябинск: Урал LTD, 2000. - 345 с.

9. Л.Н. Оборин: Статьи. Воспоминания: К семидесятилетию со дня рождения / Сост. и общ. ред. М.Г. Соколова. - М.: Музыка, 1977. - 222 с.

10. Мильштейн Я.И. Статьи. Воспоминания. Материалы. - М.: Сов. композитор, 1990. -286 с.

11. Асафьев Б.В. О музыке Чайковского. - Л.: Музыка 1972. - 376 с.

12. Альшванг А.А. Опыт анализа творчества П.И. Чайковского. - М.: Музгиз, 1951. -256 с.

13. КоганГ.М. Вопросы пианизма. - М.: Сов. композитор, 1968. - 461 с.

14. Полякова Л.В. «Времена года» П.И. Чайковского. - М.; Л.: Музгиз, 1951. - 31 с.

15. Чайковский П.И. Письма к близким. Избранное. - М.: Музгиз, 1955. - XV, 672 с.

16. Вопросы фортепианного исполнительства. Очерки. Статьи / Сост. и общ. ред. М.Г. Соколова. - М.: Моск. консерватория, Музыка, 1973. - Вып. 3. - 232 с.

Поступила в редакцию 29.03.17

Марков Виталий Михайлович (29 марта 1927 г. - 18 октября 2010 г.), доктор филологических наук, профессор Казанского университета

ISSN 2541-7738 (Print) ISSN 2500-2171 (Online)

UCHENYE ZAPISKI KAZANSKOGO UNIVERSITETA. SERIYA GUMANITARNYE NAUKI (Proceedings of Kazan University. Humanities Series)

2018, vol. 160, no. 5, pp. 1268-1277

"The Seasons": About P.I. Tchaikovsky's Piano Cycle

V.M. Markov

Received March 29, 2017 Abstract

Vitalii Mikhailovich Markov was the Doctor of Philology and Professor at Kazan University. This paper was written in 2003 and is published with the permission of V.M. Markov's widow, Zaikonnikova Tatyana Pavlovna, which has the original manuscript.

The paper presents the analysis of P.I. Tchaikovsky's piano cycle "The Seasons" (1876). The history of its creation, genre specifics of the music pieces, as well as the problem of how the musical character of miniatures is related to their poetic epigraphs. Based on the study of musicological literature and the epistolary heritage of the composer, the conclusions have been made that the plays within the cycle should not be opposed to their interpretation based on epigraphs, as well as about the inevitable subjectivity during interpretation of the miniatures and about the impossibility of categorical description of these piano works.

Keywords: P.I. Tchaikovsky, cycle "The Seasons", piano miniature, music studies

References

1. Nikolaev A.A. Fortepiannoe nasledie Chaikovskogo [Piano Heritage of Tchaikovsky]. Moscow, Muzgiz, 1958. 281 p. (In Russian)

2. Pribegina G.A. Petr Il'ich Chaikovskii [Pyotr Ilyich Tchaikovsky]. Moscow, Muzyka, 1990. 222 p. (In Russian)

3. Tumanina N.V. Chaikovskii. Put'kmasterstvu [Tchaikovsky. The Path to Mastership]. Moscow, Izd. Akad. Nauk SSSR, 1968. 582 p. (in Russian)

4. Sidel'nikov L.S. Chaikovskii [Tchaikovsky]. Moscow, Iskusstvo, 1992. 352 p. (In Russian)

5. Kashkin N.D. Vospominaniya o P.I. Chaikovskom [Memoirs on P.I. Tchaikovsky]. Moscow, Muzykal'naya torgovlya P. Yurgensona, 1896. 163 p. (In Russian)

6. Tchaikovsky P.I. Perepiska s N.F. fon Mekk [Letters to N.F. von Meck]. Moscow, Leningrad, Academia, 1934-1936. Vol. 1: 643 p. Vol. 2: 676 p. (In Russian)

7. Tchaikovsky P.I. Perepiska s P.I. Yurgensonom [Letters to P.I. Jurgenson]. Vol. 2: 1884-1893. Moscow, Muzgiz, 1952. 343 p. (In Russian)

8. Mogil'nitskii V.A. Svyatoslav Rikhter [Sviatoslav Richter]. Chelyabinsk, Ural LTD, 2000. 345 p. (In Russian)

9. L.N. Oborin: Stat'i. Vospominaniya: K semidesyatiletiyu so dnya rozhdeniya [L.N. Oborin: Articles. Memoirs: On the 70th Anniversary of Birth]. Moscow, Muzyka, 1977. 222 p. (In Russian)

10. Mil'shtein Ya.I. Stat'i. Vospominaniya. Materialy [Articles. Memoirs. Materials]. Moscow, Sov. Kompozitor, 1990. 286 p. (In Russian)

11. Asafev B.V. O muzyke Chaikovskogo [On Tchaikovsky's Music]. Leningrad, Muzyka, 1972. 376 p. (In Russian)

12. Al'shvang A.A. Opyt analiza tvorchestva P.I. Chaikovskogo [The Analysis of P.I. Tchaikovsky's Works], Moscow, Muzgiz, 1951, 256 p. (In Russian)

13. Kogan G.M. Voprosypianizma [Problems of Pianism]. Moscow, Sov. Kompozitor, 1968. 461 p. (In Russian)

14. Polyakova L.V. "Vremena goda" P.I. Chaikovskogo [P.I. Tchaikovsky's "Seasons"]. Moscow, Leningrad, Muzgiz, 1951, 31 p. (In Russian)

15. Tchaikovsky P.I. Pis'ma k blizkim. Izbrannoe [Letters to Family. Selected Writings]. Moscow, Muzgiz, 1955. XV, 672 p. (In Russian)

16. Voprosy fortepiannogo ispolnitel'stva. Ocherki. Stat'i [Problems of Piano Performance. Essays. Articles]. Sokolova M.G. (Ed.). Moscow, Mosk. Konservatoriya, Muzyka, 1973, no. 3. 232 p. (In Russian)

Для цитирования: Марков В.М. Несколько слов о фортепианном цикле П.И. Чайковского «Времена года» // Учен. зап. Казан. ун-та. Сер. Гуманит. науки. - 2018. - Т. 160, кн. 5. - С. 1268-1277.

For citation: Markov V.M. "The Seasons": About P.I. Tchaikovsky's piano cycle. Uchenye Zapiski Kazanskogo Universiteta. Seriya Gumanitarnye Nauki, 2018, vol. 160, no. 5, pp. 12681277. (In Russian)

Краткая история создания Альбома "Времена года" П. И. Чайковским

Автор Admin На чтение 4 мин Опубликовано Обновлено

До того, как Петр Ильич Чайковский создал цикл музыкальных пьес под названием «Времена года», существовал уже одноименный цикл Антонио Вивальди. Вивальди сочинил 4 струнных концерта, изображая разные временные сезоны. Чайковский же написал ровно 12 пьес, рассказывая в них о двенадцати месяцах года.

Идея создания такого цикла не принадлежала композитору. Издатель журнала «Нувеллист» Николай Матвеевич Бернард предложил Петру Ильичу создать двенадцать коротких фортепианных произведений, рисующих картинки времен года, и пообещал довольно высокий гонорар. Произошло это событие в ноябре 1875 года.

Журнал «Нувеллист» существовал в России с 1842 года и знакомил любителей искусства с музыкальными новинками, выходившими из-под пера отечественных и зарубежных композиторов. П. И. Чайковский уже довольно длительное время до этого успешно сотрудничал с журналом, публикуя в нем романсы.

Письмо Бернарда не сохранилось, но зато сохранился ответ Чайковского на его предложение. Из ответа становится понятно, что композитору понравилась идея создания цикла. В своем обращении к издателю Чайковский благодарит его за заказ, за щедрую оплату и обещает как можно быстрее создать одну или даже две-три пьесы цикла.

И вот в декабре 1875 года в журнале «Нувеллист» появляется анонс, который обещает, что в наступающем году журнал будет ежемесячно знакомить читателей с новыми произведениями композитора П. И. Чайковского. Названия всех двенадцати пьес Бернард придумал сам и опубликовал их здесь же, в объявлении. Вот они.

  • «Январь. У камелька»
  • «Февраль. Масленица»
  • «Март. Песнь жаворонка»
  • «Апрель. Подснежник»
  • «Май. Белые ночи»
  • «Июнь. Баркарола»
  • «Июль. Песня косаря»
  • «Август. Жатва»
  • «Сентябрь. Охота»
  • «Октябрь. Осенняя песнь»
  • «Ноябрь. На тройке»
  • «Декабрь. Святки»

Издатель был настолько креативен, что придумал не только названия пьесам. Он еще нашел стихи русских поэтов, подходящих по теме, и поместил их перед каждым произведением как эпиграфы.

О том, как проходил процесс создания произведений почти ничего неизвестно. Чайковский находился в конце 1875 года в Москве и 13 декабря почтой отправил Бернарду две первые пьесы. Композитор сомневался в успехе, называл произведения длинными и скверными. Он даже предлагал в случае неудачи переписать произведения сообразно вкусам издателя. Но музыка понравилась и была опубликована.

Неизвестно, сообщал ли Бернард композитору о эпиграфах, но Чайковский не возражал против появления стихов и даже одобрил такое начинание. Об этом говорит то, что в прижизненных изданиях альбома «Времена года» эпиграфы наличествуют перед каждой из 12 музыкальных частей. Позднее к пьесе «Святки» автор добавил подзаголовок «Вальс», а к пьесе «Жатва» — «Скерцо».

В течение всего 1876 года каждый месяц, кроме сентября, «Нувеллист» публиковал по одной пьесе цикла с эпиграфом. В сентябре вследствие политических событий в журнале было помещено произведение другого автора. Но в этом же номере издатель пообещал своим подписчикам, что в завершение года они получат целый альбом, состоящий из двенадцати пьес П. И. Чайковского, как приятный бонус. И действительно, полный цикл произведений увидел свет в конце 1876 года и сразу завоевал большую популярность у слушателей и исполнителей.

«Времена года» — это не просто музыка, рассказывающая о природе и погоде в разные периоды. Это не музыкальный календарь, а маленькая лирическая энциклопедия русской дворянской жизни 19 века. Это музыкальный дневник композитора, повествующий о том, что ему дорого и мило, что навевает приятные воспоминания о детстве и юности. В пьесах изображены  и бескрайние российские просторы, и сельская жизнь, и картинки петербургских белых ночей, и сцены из домашнего быта соотечественников Чайковского.

Альбом начинается пьесой, изображающей русские снежные просторы, а заканчивается меланхолическим описанием семейного вечера у домашнего очага. В музыке всех двенадцати шедевров слышны интонации человеческих голосов, народных песен, звон колоколов, гром народных гуляний, звуки птичьих трелей. Перед слушателем открывается полная картина основных событий жизни русского народа в течение целого календарного года.

Слушая гениальную музыку, каждый из нас погружается в ушедший век православной России.

Проект «Времена года в музыке. Золотая осень»

23 Окт 2020

Проект «Времена года в музыке. Золотая осень»

На исходе октября в Саранском музыкальном училище им. Л.П. Кирюкова стартует новый творческий Проект «Времена года в музыке». Четыре тематических онлайн-концерта (по одному в квартал) из архивных и записанных в этом учебном году видео-выступлений преподавателей и студентов училища, будут посвящены музыке природы и человека в разное время года.

Времена года в музыке, такие же разные по цветам и звукам, как и произведения музыкантов разного времени. На память сразу приходят скрипичные концерты из знаменитого цикла «Времена года» итальянского композитора эпохи барокко Антонио Вивальди, и трогательные пьесы фортепианного цикла с подобным названием русского романтика Петра Чайковского, и аллегорический балет русского мастера Александра Глазунова, и Песни для голоса и фортепиано «Времена года» советского композитора Валерия Гаврилина. Из современников к теме времен года обращались московские авторы – Владимир Мартынов, написавший балет «Времена года» и Вячеслав Овчинников в «Оратории для хора, симфонического оркестра и солистов».

А еще времена года бывают не только в природе, но и в жизни человека. Это и грандиозная оратория композитора-классика Йозефа Гайдна и «Времена года» аргентинского композитора второй половины XX столетия Астора Пьяццоллы. И это не «времена года» в их понимании как смены сезонов. Здесь речь идёт о разных периодах жизни человека – его весне (рождение), лете (зрелость), осени (старость) и зиме (смерть).

В мировой музыкальной копилке насчитается не один десяток произведений, так или иначе связанных с временами года. Композиторы разных стран, эпох и стилей не обошли вниманием этот неиссякаемый источник вдохновения.

***

На календаре ОСЕНЬ. Началом осени астрономы считают 22 или 23 сентября – день осеннего равноденствия, а метеорологи – день, когда среднесуточная температуры становится ниже 15°C.

Осень – одно из самых прекрасных времен года и, к сожалению, самое быстротечное. Лишь осенью начинаешь замечать, как стремительно течет время: только вчера деревья были зелеными и сквозь их кроны просвечивало ласковое солнышко, а сегодня они пожелтели и дружно осыпались на землю.

Осень – торжественная и красивая пора года, время вдохновения художников и поэтов. Помните?

Унылая пора! Очей очарованье!

Приятна мне твоя прощальная краса —

Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и в золото одетые леса…

                                         А. С. Пушкин

Или вот это?

Нивы сжаты, рощи голы,

От воды туман и сырость.

Колесом за сини горы

Солнце тихое скатилось…
                       С. Есенин

П.И. Чайковский в цикле «Времена года» к каждой из 12 пьес добавил поэтический эпиграф. Осенняя часть цикла «Сентябрь. Охота» сопровождалась строками Александра Пушкина «Пора, пора! Рога трубят…»; «Октябрь. Осенняя песня» — Алексея Толстого «Осень, обсыпается весь наш бедный сад…»; «Ноябрь. На тройке» — Николая Некрасова «Не гляди же с тоской на дорогу…».

«Осенней сказочкой» назвал свою оперу «Кащей бессмертный» Н.А. Римский-Корсаков. Пушкинскую осень воспел в своей композиции «Весна и осень» из «Музыкальных иллюстраций к повести Александра Пушкина «Метель» Г.В. Свиридов.

Осени посвящали не только академические произведения, но и песни. К примеру, композитор Григорий Пономаренко написал музыку к композициям «Осень в окошко стучится» на слова Виктора Дюнина и «Отговорила роща золотая» на стихи Сергея Есенина. Обе песни вошли в народный репертуар и до сих пор любимы слушателями.

А еще осень щедра на праздники. Это и Всемирный день музыки, День учителя, Месячник пожилых людей, всех и не перечислить.

В Программе виртуального концерта «Золотая осень» прозвучат сочинения композиторов разных эпох и стилей в исполнении солистов и коллективов училища, а также гостей учебного заведения. Здесь же можно услышать и вдохновенные музыкальные картины композитора Мордовии – Сергея Терханова.

***

1. П. Чайковский «Октябрь» из цикла «Времена года», исполняет солист Мордовской государственной филармонии Артем Борисов.

2. П. Чайковский «Соловушко», исполняет Женский хор, художественный руководитель и дирижер Заслуженный работник культуры РМ Виктор Кузин.

3. Муз. Г. Свиридова, слова М. Исаковского «Осенью», исполняет Народная артистка РМ Елена Алышева, концертмейстер – Заслуженный работник культуры РМ Ольга Ведяшкина

4. С. Терханов «Вальс, залетевший в осеннее окно», исполняет Санников Алим ДМШ №2 г. Саранск, (преподаватель – Заслуженный работник культуры РМ Тихонова Ирина Евгеньевна)

5. С. Терханов «Осенний романс», исполняют учащиеся ДМШ №1 г. Саранска Аббазов Артём и Адамчик Александр (класс преподавателя Мамзеровой Ирины Германовны)

6. Муз. С. Терханова, Сл. Е. Садулина «День учителя», исполняет вокальный ансамбль ДХО СМУ им. Л.П. Кирюкова (руководитель Ольга Якунчева)

7. Муз. М. Таривердиева, сл. В. Киршона «Я спросил у ясеня», исполняют Заслуженный артист РМ Александр Лобурев и Александр Авдонин.

8. Ж. Косма «Осенние листья», исполняет Заслуженный работник культуры РМ Василий Трунин

9. Муз. В. Ушакова, сл. С. Хохлова «Над рекой калина спелая», исполняет Любовь Кирдяшкина.

10. Русская народная песня «Полынь», исполняет ансамбль «Ивушки» (руководитель Олеся Щукина)

11. Муз. А. Новикова – сл. П. Черняева «Уходит лето», исполняет студентка 4 курса Татьяна Нелькина (преподаватель – Н.Н. Семенова, концертмейстер – Заслуженный работник культуры РМ А.Е. Пивкин).

12. А. Розенбаум «Вальс-бостон», исполняет Камерный хор Астраханской государственной филармонии, дирижер Татьяна Рекичинская.

Желаем всем приятного просмотра и ждем новой встречи, на этот раз с красавицей Зимой!

Автор проекта

музыковед Наталья Родина


О П.И. Фортепианный цикл Чайковского

В. Маркова

Поступила 29.03.2017

Полный текст PDF

Абстракция

Виталий Михайлович Марков был доктором филологических наук, профессором Казанского университета. Статья написана в 2003 году и опубликована с разрешения В.М. Вдова Маркова, Зайконникова Татьяна Павловна, у которой есть оригинал рукописи.

В статье представлен анализ P.Фортепианный цикл И. Чайковского «Времена года» (1876 г.). История ее создания, жанровая специфика музыкальных произведений, а также проблема соотношения музыкального характера миниатюр с их поэтическими эпиграфами. На основе изучения музыковедческой литературы и эпистолярного наследия композитора сделаны выводы о том, что пьесы цикла не должны противопоставляться их интерпретации на основе эпиграфов, а также о неизбежной субъективности при интерпретации миниатюр и сюжетов. о невозможности категорического описания этих фортепианных произведений.

Ключевые слова: P.I. Чайковский, цикл «Времена года», фортепианная миниатюра, нотный этюд

Список литературы

  1. Николаев А.А. Фортепьянное наследие Чайковского . М .: Музгиз, 1958. 281 с. (На русском языке)
  2. Прибегина Г.А. Петр Ильич Чайковский [Петр Ильич Чайковский]. М .: Музыка, 1990. 222 с. (На русском языке)
  3. Туманина Н.В. Чайковский.Путь к мастерству [Чайковский. Путь к мастерству. Москва, Изд. Акад. АН СССР, 1968. 582 с.
  4. Сидельников Л.С. Чайковский [Чайковский]. М .: Искусство, 1992. 352 с. (На русском языке)
  5. Кашкин Н.Д. Воспоминания о П.И. Чайковском [Воспоминания о П.И. Чайковский]. М., Музыкальная торговля П. Юргенсона, 1896. 163 с. (На русском языке)
  6. Чайковский П.И. Переписка с Н.Ф. fon Mekk [Письма Н.Ф. фон Мек]. Москва, Ленинград, Academia, 1934–1936. Vol. 1: 643 с. Vol. 2: 676 с. (На русском языке)
  7. Чайковский П.И. Переписка с П.И. Юргенсоном [Письма П.И. Jürgenson ]. Vol. 2: 1884–1893. М .: Музгиз, 1952. 343 с. (На русском языке)
  8. Могильницкий В.А. Святослав Рихтер [Святослав Рихтер]. Челябинск, Урал ЛТД, 2000. 345 с. (На русском языке)
  9. Л.Н. Оборин: Стат'и. Воспоминания: К семидесятилетию со дня рождения [Л.Н. Оборин: Статьи. Воспоминания: К 70-летию со дня рождения. М .: Музыка, 1977. 222 с. (На русском языке)
  10. Мильштейн Я.И. Stat’i. Воспоминания. Материалы [Статьи. Воспоминания. Материалы. Москва, Сов. Композитор, 1990. 286 с. (На русском языке)
  11. Асафьев Б.В. О музыке Чайковского . Ленинград, Музыка, 1972. 376 с. (На русском языке)
  12. Альшванг А.А. Опыт анализа творчества П.И. Чайковского [Анализ П.Сочинения И. Чайковского. М .: Музгиз, 1951, 256 с. (На русском языке)
  13. Коган Г.М. Вопросы пианизма . Москва, Сов. Композитор, 1968. 461 с. (На русском языке)
  14. Полякова Л.В. «Время года» П.И. Чайковского [П.И. Чайковского «Времена года». М., Ленинград, Музгиз, 1951, 31 с. (На русском языке)
  15. Чайковский П.И. Письма к близким. Избранное, . Избранные произведения. Москва, Музгиз, 1955.XV, 672 с. (На русском языке)
  16. Вопросы крепкого исполнения. Очерки. Статистика [Проблемы фортепианного исполнительства. Очерки. Статьи]. Соколова М.Г. (Ред.). Москва, Моск. Консерватория, Музыка.1973. 3. 232 с. (На русском языке)

Для цитирования : Марков В.М. «Времена года»: О П.И. Фортепианный цикл Чайковского. Ученые записки Казанского университета. Серия Гуманитарные науки , 2018, т. 160, нет.5. С. 1268–1277. (На русском языке)

Контент доступен по лицензии Creative Commons Attribution 4.0 License.

Петр Ильич Чайковский «Февраль: Карнавал»: Времена года 2021

Петр Ильич Чайковский: Времена года
Февраль: карнавал
Контекст

Петр Ильич Чайковский написал двенадцать характерных пьес для фортепиано « Времена года», одновременно с написанием популярного балета «Лебединое озеро». Каждая часть в Времена года изображает разные месяцы года в России. Первоначально сочиненные для фортепиано соло, некоторые части были оркестрованы для разных типов ансамблей, хотя Чайковский не написал ни одного из них. Каждый месяц в 2021 году Classicalexburns будет исследовать тот же месяц из The Seasons. Так что ждите этих ежемесячных платежей в течение 2021 года!

Музыка

Издатели «Времена года» добавили утвержденные эпиграфы в начало каждой партитуры русского оригинала. Февраль: Карнавал имеет небольшое стихотворение Петра Вяземского перед партитурой:

На оживленном Марди Гра

скоро переполнится большой пир.

Расположенный в солнечной ре мажоре, атмосфера карнавала с самого начала задается фортепьяно. Нюансы диссонанса разбросаны по динамичным мелодиям, которые наполняют все фортепиано. Яркие и смелые унисонные пассажи разбивают хаотичные скалистые движения, которые поднимаются и опускаются по всему произведению.Волнение и драйв высоки, даже через немного более тихую часть в середине пьесы. Мягкие, тихие ответы на смелые прокламации придают музыке свет и тень, а замысловатое письмо Чайковского находится в центре музыки. Изделие становится намного тише и заканчивается захватывающим росчерком.

Ⓒ Алекс Бернс

Приятного чтения!

Источник изображения

Вам также может понравиться… Сезоны Чайковского 2021

Рекомендованных записей:

Петр Ильич Чайковский (1840-1893) | Композитор

Биография

Петр Ильич Чайковский (1840–1893) был русским композитором, чьи произведения включали симфонии, концерты, оперы, балеты и камерную музыку.

Жизнь и музыка
Чайковский родился 7 мая 1840 года в Воткинске, небольшом городке в Российской империи.

Он проявил исключительные музыкальные способности с раннего возраста, импровизировал на фортепиано и сочинил свою первую песню в 1844 году, в возрасте четырех лет.

Чайковский убедил отца, что музыка - его будущее, и начал уроки композиции у Антона Рубинштейна в 1861 году.

С 1871 по 1876 год он написал серию великих произведений, в том числе «Лебединое озеро» (1876) и Первый фортепианный концерт (1875), которые сделали его ведущим композитором России.

После своего злополучного и недолговечного брака в 1877 году он предпринял неудачную попытку покончить жизнь самоубийством.

В 1880 году Чайковский сочинил, пожалуй, свое самое известное произведение - Увертюру 1812 года - пушки наготове!

К 1887 году он с большим успехом дирижировал собственной музыкой и продюсировал такие произведения, как Шестая симфония, «Патетическая» в 1893 году (год его смерти) и балеты «Спящая красавица» (1890) и «Щелкунчик» (1892). ).

Его смерть в 1893 г. в г.Считалось, что Петербург возник в результате решения «суда чести» после того, как выяснилось, что Чайковский установил отношения с мужчиной из русской аристократии; По всей видимости, было решено, что единственный выход, доступный композитору, - это покончить жизнь самоубийством. Однако чаще его связывают с холерой.

Знаете ли вы?
День, когда мать Чайковского оставила его в интернате, был настолько травматичным, что остался в его памяти до конца его дней.Его нужно было оторвать от нее, и даже тогда он цеплялся за колеса ее экипажа, чтобы не дать ей уехать. Неудивительно, учитывая его чуткий характер, что его музыка наполнена таким сильным чувством эмоций и отчаяния.

Посмотреть больше

Подробная ошибка IIS 8.5 - 404.11

Ошибка HTTP 404.11 - не найдено

Модуль фильтрации запросов настроен на отклонение запроса, содержащего двойную escape-последовательность.

Наиболее вероятные причины:
  • Запрос содержал двойную escape-последовательность, а фильтрация запросов настроена на веб-сервере, чтобы отклонять двойные escape-последовательности.
Что можно попробовать:
  • Проверьте параметр configuration/system.webServer/security/[email protected] в файле applicationhost.config или web.confg.
Подробная информация об ошибке:
Обработчик 0x2400004
Модуль RequestFilteringModule
Уведомление BeginRequest
StaticFile
Код ошибки
Запрошенный URL http: // www.naxos.com:80/mainsite/blurbs_reviews.asp?item_code=8.550233&catnum=550233&filetype=about%20this%20recording&language=english
Physical Path D: \ website \ website \ website \ site_view-nds-nxsite .asp? item_code = 8.550233 & catnum = 550233 & filetype = about% 20this% 20recording & language = english
Метод входа в систему Еще не определено
Пользователь входа в систему Еще не определено
Дополнительная информация:
Это функция безопасности.Не изменяйте эту функцию, пока не полностью осознаете масштаб изменения. Перед изменением этого значения необходимо выполнить трассировку сети, чтобы убедиться, что запрос не является вредоносным. Если сервер разрешает двойные escape-последовательности, измените параметр configuration/system.webServer/security/[email protected] Это могло быть вызвано неправильным URL-адресом, отправленным на сервер злоумышленником.

Просмотр дополнительной информации »

О концерте ЧАЙКОВСКОГО для скрипки с оркестром ре мажор, соч.35

записки Джеймса Кейса

I. Allegro moderato
II. Канцонетта: Анданте
III. Финал: Allegro vivacissimo

Написана в 1878 году.
Первое исполнение: 4 декабря 1881 года, Вена. Адольф Бродский, скрипка. Ганс Рихтер, дирижер.

Хотя Чайковский часто не имел себе равных в написании лирических и драматических произведений для сцены и оркестрового зала, он никогда не мог так хорошо выразить себя в рамках концерта.Некоторые писатели предположили, что его пожизненное избегание тесных межличностных отношений мешало ему справиться с личной борьбой, которая часто лежит в основе хорошего романтического концерта. Другие полагали, что он был слишком лиричным композитором, чтобы написать сильное и драматическое произведение, противопоставившее одного человека многим. Какими бы ни были причины, его большой каталог содержит только один успешный фортепианный концерт и единственный концерт для скрипки.

Концерт для скрипки ре мажор был написан в 1878 году, сразу после того, как Чайковский сбежал из своего неудачного брака.Чтобы сбежать, он отправился во Францию, Италию и Швейцарию, где встретил своего старого друга, скрипача Йозефа Котека. Вместе они сыграли «Испанская симфония » Лало, и этот опыт, очевидно, побудил Чайковского немедленно приступить к работе над концертом. Эскизы были выполнены всего за одиннадцать дней, а оценка заняла всего две недели. Хотя Котек давал ему советы по поводу сольной партии, работа была посвящена знаменитому Леопольду Ауэру. (Котека позже вознаградили другим посвящением.Однако, когда дело дошло до исполнения пьесы, и Котек, и Ауэр отказались от просьбы Чайковского исполнить премьеру, заявив, что пьесу невозможно сыграть из-за множества двойных остановок, глиссанди, трелей, прыжков и диссонансов. Первое выступление было отложено до 4 декабря 1881 года, когда Адольф Бродский исполнил его с Венской филармонией. Хотя некоторые в аудитории приветствовали эту работу, известный критик Эдуард Ханслик считал, что работа на самом деле издавала «неприятный запах». Несколько лет спустя Ауэр побуждал своих учеников изучать эту работу.

Произведение наполнено лирической мелодией, намекающей на славянские и русские народные песни, которые так часто встречались в балетах Чайковского. Несмотря на сложность сольной партии, скрипка сосредоточена на украшении темы, а не на представлении чисто технических пассажей. Вторая тема первой части часто упоминалась как пример Чайковского в его лучшем лирическом проявлении. Обе темы представлены преимущественно в развернутой записанной каденции. Второй частью выступает почти чрезмерно выразительная Канцонетта в далекой и неожиданной тональности соль минор.В живом финале сильнее всего слышно влияние народной песни, как в гармониях, так и в мелодиях, построенных на нисходящих четвертях. В целом произведение оказалось одним из самых творческих и наименее претенциозных произведений Чайковского, а также показателем того, насколько хорошо он смог ненадолго отстраниться от своих личных проблем.

Самые простые (и самые сложные) пьесы Чайковского

В сегодняшнем выпуске PianoTV я хочу обсудить самые простые пьесы Чайковского и те, которых следует избегать, пока вы не будете достаточно опытны.Фортепианная музыка Чайковского не бывает слишком сложной, поскольку он не был пианистом-виртуозом, как некоторые другие композиторы, о которых мы говорили (Лист, Шопен и т. Д.).

Если вы хотели выучить немного Чайковского, но не знаете, с чего начать, это должно быть вам полезно.

Я буду использовать Королевскую консерваторию музыки (RCM), когда я говорю об «оценках» - ABRSM похожа, просто она не так высока. Я также сделаю несколько комментариев по поводу рейтинговой системы Генле, поскольку некоторые из вас находят ее полезной.

Мне нравится использовать все три из этих систем классификации, потому что не все мелодии Чайковского есть в программе RCM, программе ABRSM или на веб-сайте Генле.

Самые легкие произведения Чайковского: Категории

Самый простой способ сделать это - разделить его фигуры на категории. Поскольку он «всего» написал около 100 пьес для фортепиано, это сделать очень легко.

Категории следующие:

-Альбом для юношества, op.39

-Двенадцать пьес для фортепиано, соч. 40

-2 Морсо, указ. 10

- Времена года, соч. 37b

-Шесть пьес для фортепиано, соч. 19

-Другие составы

Альбом для юношества, соч. 39

Роберт Шуман написал аналогичную книгу несколькими годами ранее под тем же названием («Альбом для молодежи»). Шуман написал свой сборник, потому что там не было хорошего фортепианного материала на более простом уровне, и Чайковский, вероятно, написал свой собственный сборник по тем же причинам.

В этом сборнике Чайковский написал произведения, вдохновленные Россией, его путешествиями, танцами и различными детскими концепциями (например, «Больная кукла»). Это действительно разнообразная коллекция как по эмоциям, так и по содержанию.

Диапазон сложности для этих произведений - от позднего новичка до позднего среднего (уровень 2-7 RCM).

Самые простые вещи в этой коллекции следующие:

Больная кукла, № 7 (2 класс)

Утренняя молитва, № 1 (3 класс)

Итальянская песня, №15 (4 класс)

Старая французская песня, нет. 16 (4 класс)

Похороны куклы, № 8 (4 класс)

Остальная часть коллекции, хотя и не такая простая, как эти первые перечисленные произведения, проще, чем все остальное, что написал Чайковский. Это отличная коллекция фортепиано, и ее стоит посмотреть!

Двенадцать пьес для фортепиано, соч. 40

Сборник сольных фортепианных пьес был написан, когда Чайковскому было около 38 лет. Это не было заказной работой, как некоторые другие в этом списке; он просто хотел написать 12 различных произведений средней сложности.

За некоторыми примечательными исключениями, произведения из этой коллекции подходят для начинающих продвинутых учеников. Большинство из этих 12 фигур находятся на уровне сложности Хенле 4/5. Сам Чайковский дал сборнику подзаголовок «Умеренной сложности».

Самая легкая пьеса в этом сборнике - одна из самых известных (и красивых!) Фортепианных пьес Чайковского. Он называется Chanson Triste. Этого нет в программе RCM / ABRSM, но я бы поместил ее примерно в 8-й класс (уровень Хенле 4).

«Шансон Тристе», № 2 (Уровень 8 / Генле уровень 4)

Marche funebre, no. 3 (уровень Генле 4/5)

Мазурка, д. 4 и 5 (уровень Генле 4/5)

Вальс, № 9 (уровень Генле 4/5)

2 Morceaux, op. 10

В этом небольшом сборнике две пьесы: ноктюрн (№1) и юмореска (№2).

Ноктюрн подходит для начинающих продвинутых учеников и находится на уровне ABRSM 8-го класса. Юморески нет ни в одной программе, но она немного сложнее.Рахманинову это понравилось, и он сделал запись.

Ноктюрн, соч. 10 шт. 1 (класс ABRSM 8)


заглянуть внутрь
Чайковский: Собрание фортепиано
28 избранных пьес для фортепиано . Композитор Петр Ильич Чайковский (1840–1893). Ricordi Германия. Русский, Классический. Мягкое покрытие. 170 страниц. Издание Forberg № F95073. Опубликовано Forberg Edition (HL.50601088).

Времена года, соч.37b

The Seasons - прекрасный фортепианный альбом, и я рекомендую прослушать его полностью. Чайковский написал ее по заказу музыкального журнала, но это нисколько не умаляет ценности этих произведений.

В этой коллекции 12 предметов, каждая из которых представляет разные месяцы в году. Их сложность варьируется от позднего среднего до продвинутого (класс RCM с 8 по 10, уровень Henle с 4 по 6).

Вероятно, самые известные в коллекции - июнь (9 класс RCM, Henle 4/5) и ноябрь (10 класс RCM, Henle 5/6).

Самые простые:

Марш (Песнь жаворонка, № 3): RCM 8 класс / Генле 4 уровень

Январь (У камина, № 1): Генле уровень 4/5

Май (Майская ночь, № 5): 9 класс RCM / уровень Генле 4/5

Июнь (Barcarolle, № 6): RCM класс 9 / Henle level 4/5

Октябрь (Осенняя песня, № 10): RCM 9 класс / Генле уровень 4/5

Все остальные - 10-й класс / Хенле 5-6.


заглянуть внутрь
Чайковский - Времена года
Пётр Ильич Чайковский (1840–1893).Под редакцией Мориса Хинсона. Шедевры; Коллекция фортепиано. Альфред Masterwork Edition. Мастерская работа; Романтичный. Книга. 64 страницы. Издано Альфредом Мьюзик (AP.4826).

Шесть пьес для фортепиано, соч. 19

Этот сборник был написан в Москве, когда Чайковскому было 33 года. Как и «Времена года», он создавался по заказу.

Фигуры в этой коллекции немного сложнее, чем «Времена года», начиная с уровня Генле 4/5 и заканчивая 6/7. Они подходят для продвигающегося игрока, но новичкам придется немного подождать, прежде чем попробовать.

Самые простые вещи в этой коллекции:

Feuillet d’album, no. 3 (уровень Генле 4/5)

Rêverie du soir, no. 1 (Генле уровень 5)

Ноктюрн, no. 4 (уровень Генле 5)


заглянуть внутрь
Чайковский: Собрание фортепиано
28 избранных пьес для фортепиано . Композитор Петр Ильич Чайковский (1840–1893). Ricordi Германия. Русский, Классический. Мягкое покрытие. 170 страниц.Издание Forberg № F95073. Опубликовано Forberg Edition (HL.50601088).

Самые легкие произведения Чайковского: Прочие сочинения

Вот некоторые работы, о которых мы сегодня не будем говорить:

  • Сонаты для фортепиано (op. 37 и op. Posth. 80) - они не являются частью стандартного фортепианного репертуара и довольно сложны.
  • Думка, оп. 59 - довольно известный, но довольно сложный
  • Различные транскрипции - некоторые из его знаменитых произведений, например «Танец феи сахарной сливы», были переведены для соло на фортепиано.Я не включил транскрипции в этот список, так как хотел сохранить его в пьесах, изначально предназначенных для фортепиано.
  • Концерты - Опять же, я хотел, чтобы этот список относился только к фортепианным композициям (концерты предназначены для нескольких инструментов). Не говоря уже о том, что концерты по своей природе чрезвычайно сложны!

Самые легкие пьесы Чайковского: Резюме

Итак, чтобы подытожить подавляющее большинство фортепианной музыки Чайковского, мы имеем:

Больная кукла, op.39 нет. 7 (2 класс)

Утренняя молитва, соч. 39 нет. 1 (3 класс)

Итальянская песня, соч. 39 нет. 15 (4 класс)

Старинная французская песня, соч. 39 нет. 16 (4 класс)

Похороны куклы, op. 39 нет. 8 (4 класс)

(остальная часть коллекции идет до уровня 7 класса, но перечислять их все излишне)

Марш (Song of the Lark, op. 37b No. 3): RCM 8 класс / Henle level 4

Chanson Triste, op. 40 нет. 2 (Уровень 8 / Генле уровень 4)

Ноктюрн, соч.10 шт. 1 (класс ABRSM 8)

Я бы посоветовал выучить Чайковского целиком и полностью на протяжении нескольких лет. Когда вы освоитесь с поздним промежуточным репертуаром, попробуйте подойти к некоторым из его более легких ранних продвинутых произведений, например к трем, перечисленным выше.

Отсюда вы можете свободно исследовать любые другие композиции, о которых мы говорили сегодня, - что-нибудь из «Времен года», «Двенадцать пьес для фортепиано» и «Шесть пьес для фортепиано».Просто следите за своими предпочтениями!

xo,

Аллизия

Связанные

Времена года, для фортепиано, соч. 37a | Детали

Суффикс «бис» в конце номера опуса часто означает, что произведение представляет собой аранжировку или переработку другого произведения. В данном случае он был добавлен издателем Чайковского, соединив его с недавно опубликованной Большой сонатой соль мажор для фортепиано, соч.37, хотя между двумя работами не существует какой-либо звуковой музыкальной связи. Здесь Чайковский написал 12 отдельных произведений по заказу Николая Бернара, издателя ежемесячного музыкального журнала Novelliste. Композитор должен был предоставить соответствующее произведение для каждого из 12 выпусков журнала, произведение, отражающее чувства или образы, связанные с месяцем в названии.

Январь, подзаголовок «У камина», имеет интимное настроение, окрашенное сожалением и нежной игривостью, и демонстрирует привлекательную главную тему в стиле Шумана.Февраль («Карнавал») праздничный и радостный, музыка веселая и почти не разглашает образы снега и темных ночей. Март («Песня жаворонка») возвращается к настроению, подобному тому, что слышалось в январе, но с более редкими текстурами и большим чувством меланхолии, как будто витает ощущение, что зима не скоро закончится. Апрель («Подснежник») яркий и, кажется, открывает весну, хотя это весна с небольшими облаками и ливнями.

Пятая пьеса May («Звездные ночи») сладка своими восходящими арпеджио, хотя ее тема величественно перекликается с нижним регистром клавиатуры.Короткая средняя часть оживлена, но не нарушает общего интимного чувства. «Джун» («Баркарола») стала одним из самых популярных произведений сета: его мелодия запоминающаяся, звучит по-шопеновски в сладком мраке и смеси счастья и печали. «Июль» («Песня о жнецах») - самая короткая из 12 пьес, но в ней есть несколько перепадов настроения: от гордого к трудолюбивому, затем к игривому, сохраняя при этом радостное поведение.

Август («Урожай») занят и немного беспокойен во внешних частях, но центральная часть проста и лирична, нетороплива и спокойна.Сентябрь («Охота») царственен в подобной фанфарам музыке первой части, но затем на время становится скромным, в то время как более яркие элементы из вступления постепенно проникают, чтобы вновь занять центральное место. Октябрь («Осенняя песня») - еще одно популярное произведение, живущее своей собственной жизнью, помимо этого набора. Его медленная основная тема - меланхолия, с припевной фразой, состоящей в основном из восходящих нот, что составляет сердцевину его грустной природы.

Ноябрь («Тройка») вряд ли менее популярен, чем июнь или октябрь.Он яркий по настроению и прямолинейный в своем выразительном языке, и предлагает игривую, озорную среднюю часть. Декабрь («Рождество») в своем очаровательном вальсе почти по-детски звучит, музыка как будто тоскует по оркестровому платью и помещению в один из балетов композитора. Типичные выступления всего этого набора могут составлять от 35 до 45 минут.

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *