Стих о петербурге: Стихи о санкт-петербурге. Читать стихотворения о санкт-петербурге великих русских поэтов классиков на портале «Культура.РФ»

Содержание

Стихи о санкт-петербурге. Читать стихотворения о санкт-петербурге великих русских поэтов классиков на портале «Культура.РФ»

Мы ответили на самые популярные вопросы — проверьте, может быть, ответили и на ваш?

  • Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день
  • Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»
  • Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?
  • Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?
  • Как предложить событие в «Афишу» портала?
  • Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Подписался на пуш-уведомления, но предложение появляется каждый день

Мы используем на портале файлы cookie, чтобы помнить о ваших посещениях. Если файлы cookie удалены, предложение о подписке всплывает повторно. Откройте настройки браузера и убедитесь, что в пункте «Удаление файлов cookie» нет отметки «Удалять при каждом выходе из браузера».

Хочу первым узнавать о новых материалах и проектах портала «Культура.РФ»

Подпишитесь на нашу рассылку и каждую неделю получайте обзор самых интересных материалов, специальные проекты портала, культурную афишу на выходные, ответы на вопросы о культуре и искусстве и многое другое. Пуш-уведомления оперативно оповестят о новых публикациях на портале, чтобы вы могли прочитать их первыми.

Мы — учреждение культуры и хотим провести трансляцию на портале «Культура.РФ». Куда нам обратиться?

Если вы планируете провести прямую трансляцию экскурсии, лекции или мастер-класса, заполните заявку по нашим рекомендациям. Мы включим ваше мероприятие в афишу раздела «Культурный стриминг», оповестим подписчиков и аудиторию в социальных сетях. Для того чтобы организовать качественную трансляцию, ознакомьтесь с нашими методическими рекомендациями. Подробнее о проекте «Культурный стриминг» можно прочитать в специальном разделе.

Электронная почта проекта: [email protected]

Нашего музея (учреждения) нет на портале. Как его добавить?

Вы можете добавить учреждение на портал с помощью системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши места и мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После проверки модератором информация об учреждении появится на портале «Культура.РФ».

Как предложить событие в «Афишу» портала?

В разделе «Афиша» новые события автоматически выгружаются из системы «Единое информационное пространство в сфере культуры»: all.culture.ru. Присоединяйтесь к ней и добавляйте ваши мероприятия в соответствии с рекомендациями по оформлению. После подтверждения модераторами анонс события появится в разделе «Афиша» на портале «Культура.РФ».

Нашел ошибку в публикации на портале. Как рассказать редакции?

Если вы нашли ошибку в публикации, выделите ее и воспользуйтесь комбинацией клавиш Ctrl+Enter. Также сообщить о неточности можно с помощью формы обратной связи в нижней части каждой страницы. Мы разберемся в ситуации, все исправим и ответим вам письмом.

Если вопросы остались — напишите нам.

Осип Мандельштам - Петербургские строфы: читать стих, текст стихотворения полностью

Над желтизной правительственных зданий
Кружилась долго мутная метель,
И правовед опять садится в сани,
Широким жестом запахнув шинель.

Зимуют пароходы. На припеке
Зажглось каюты толстое стекло.

Чудовищна, — как броненосец в доке,
Россия отдыхает тяжело.

А над Невой — посольства полумира,
Адмиралтейство, солнце, тишина!
И государства жесткая порфира,
Как власяница грубая, бедна.

Тяжка обуза северного сноба —
Онегина старинная тоска;
На площади сената — вал сугроба,
Дымок костра и холодок штыка…

Черпали воду ялики, и чайки
Морские посещали склад пеньки,
Где, продавая сбитень или сайки,
Лишь оперные бродят мужики.

Летит в туман моторов вереница.
Самолюбивый,скромный пешеход,
Чудак Евгений бедности стыдится
Бензин вдыхает и судьбу клянет!

Анализ стихотворения «Петербургские строфы» Мандельштама

Образ Петербурга – один из ключевых в лирике Осипа Эмильевича Мандельштама.

Стихотворение создано в январе 1913 года. Поэт готовит к изданию дебютную книгу, входит в литературные круги. В эти годы пошатнувшееся материальное положение его семьи больше не позволяет ему учиться в Европе. По жанру – панорама русской жизни рубежа веков, империи в зените славы. С помпой проходят юбилейные Романовские торжества, война еще только впереди – а впрочем, первые месяцы ее, окрашенные всеобщим патриотическим чувством, вполне могли бы вписаться в контекст данного произведения. Размер довольно типичен для О. Мандельштама тех лет: ямб с рифмовкой перекрестной, 6 строф. Действующие персонажи: столица и ее жители. Язык щедрый, сочный, пушкинский (недаром же он упоминает и Е. Онегина и Евгения из «Медного всадника»). Приметы современности и прозаизмы органично вписаны в ткань стихотворения. Итак, зима, спешат под чахлою метелью по своим делам чиновники, торговый люд. Хрестоматийный «правовед» садится в столь же классические для русской литературы сани. Естественно, он в гоголевской шинели. Взгляд поэта обращается на ледяные водные просторы. Инверсия: зимуют пароходы. Между тем, через четверостишия проходит ряд недвусмысленных эпитетов: тяжело, жесткая, тяжка обуза. Упомянута и Сенатская площадь с «холодком штыка» едва ли не из декабря 1825 года. Есть и сравнение России с чудовищным броненосцем, отдыхающим в доке. Однако ощущения, что поэт описывает колосса на глиняных ногах – нет. Громада России, ее самодостаточность, контрастность и – вместе с тем – причастность ко всем мало-мальски значимым мировым событиям. Недаром же порфира законности и порядка, «как власяница бедна». Позади было великое прошлое, впереди виделось не менее великое будущее. Вчера и сегодня сошлись в этом городе, азиатское и европейское. В предпоследней строфе – анжамбеман и тонкая ирония, насмешка: оперные бродят мужики. Продавцы саек и сбитня выглядели гостями из прошлого века, ряжеными. В финале вереница моторов, верно, обдает грязью «чудака Евгения». Вокруг него не модные экипажи, как раньше, а диковинные автомобили, однако проблемы у человека простого все те же: бедности стыдится. «Судьбу клянет»: за то, что не дает ему шанса выдвинуться, войти в круговорот дел куда более впечатляющих, чем раздобыча пропитания.

«Петербургские строфы» О. Мандельштама были выпущены в свет с посвящением Н. Гумилеву, собрату по перу и наставнику.

Стихи про Санкт-Петербург

Исход

«Влача свой век в стоическом юродстве –
ни свет, ни мрак – он расточает к лету
седую пыль цветов…»
М. Унамуно

1

Бывает время обладанья рифмой,
Не власть над сердцем – сердца пробужденье.

Бывает время – чувства обретают мысли –
Мысли переходят в слово.
Жизнь течет вольготней – жизнь!
И это слово – неизвестность, логос.

Вот я случайно, будто бы случайно,
Коснулся губ твоих и буду ждать ответа,
Всего того, что кажется моим,
Или похожим, – для пустых словечек.
И что живём мы безнадежно – жаль ведь!
А заменить безсилье уже нечем.
Живет одно – каким-то все смущеньем,
Не выжечь чувством, самым горьким словом
Не изменить.

Чтобы хоть что-то навсегда осталось,
Как было, тайным, неисповедимым.
Чтобы вовек и больше никогда
Колокола так пусто не звучали
Далеким эхом, все уже сказавшим
О той святыне, ставшей недоступной.
А сколько лет проговорив о том
Существованье, – заблудиться в прошлом!
С надеждой ждать и снова не дождаться
За двадцать лет у запертой двери… –
А там ни звука – в дверь не достучаться.

На берегах земли задумчивой стопой
Проходят сызнова века. Как смутно
Я вижу в них не будущего облик.
Из прошлого стараюсь заглянуть.

«Что видишь?» – «Обреченное до смерти».
«Что знаешь ты о них?» – «Увы».

2

Теперь зима и скоро Рождество,
И ледяная сумрачна столица,
И на Дворцовой площади пустынно,
И где-то звякнет царское стекло.
И тень мелькнет в узорчатом окошке,
И утро жжет без дела фонари,
А небо чисто, как глаза ребенка,
И, кажется, еще вчера,
Когда под снегом родились бульвары
И стала риторически Нева,
Согнув мосты горою Илионской ,
И невпопад по ним залязгали трамваи,
И далеко по ним маячили огни –
Я мучился над каждою строкою,
Глубокий снег мешал туда идти,
Где звездные врата над головою
И сама вечность кажется возможной.
Куда-то гнал меня по Караванной,
Закутав шарфом (я всегда простужен),
И так же косно, так же не доходно
Сидон и Тир, Хоразин, Вифсаида
Январским снегом стали на пути.
«Сказал Господь: сиди одесную Меня
Доколе положу врагов Твоих
В подножье ног…»
Ты ль будешь сын Давидов?!

И так же ждать обещанную встречу,
Когда здесь ночь, и вечно на посту
За стенкою сипит соседский кашель,
И маятник кружит настенные часы.
Вот шаг один, за ним другой – не спорю,
Сего бубненья драгоценней нет.
Мне думалось когда-то,
Что умерло – не может возвратиться.
Но вот зима, и снова за окном
Заснеженный, пустынный Невский.

3

Бывает время расставаний – осень.
О вас – в минуту жалкого раскаянья…
Я к чувству истины приближен не на столько,
Чтобы понять, как чистое звучанье,
Той музыки во мне уже звучавшей,
Мне новой мыслью может послужить
Привычное, назойливое слово –
Не истины ищу в словах.
Что слово?!
Дрожанье губ и взгляд – потом слова,
Перед глазами исчезали годы,
И стала жизнь, как память, коротка.
О чем мне невозможно только помнить,
И так невыносимо говорить
Об уходящем, сердцем всем искомом
Уходит время – не остановить.

Сегодня я доверчив стану
К всему тому, что искренне молчит,
И свет от лампы будет самый тусклый.

Коротких встреч, что кажется, не бывших
И вовсе с нами, но живущих в нас,
Когда на счет положен каждый час –
Он равен долгим, заоконным зимам.
И спать придется крепко спящим сном
Или на стол переводить чернила.
Писать стихи. И будет все случайно,
Доступное одним прикосновеньем.
А по утру до боли надоевшим,
Как вид из окон двадцать лет назад
(Ну что искать из этих строчек смутных,
Непонятых и непрощенных).
Уже отцвел листвою Летний сад
И снегом Невский двадцать лет заснежен.

4

Мне хватит и одних воспоминаний,
И тишины петропольских аллей,
Сна Петергофа и нелепых статуй,
И тех же чувств поэзии моей.
И помнит юность для чего воспета,
И так безумно хочется дожить.
Когда на землю сходят этажи,
Гулять по ней без цели, до рассвета.
И пишется всегда легко,
И каждый звук до боли ощутимый,
И неимущих сердцу больше нет,
Когда ложится по бульварам снег,
И смотрится луна в витрины.
И каждый вздох благословенной речью

На тех устах не ставит запятых.
А на Фонтанке, за окном, цветы,
Для них чуть-чуть приподняты гардины.
И это нам, наверное, на счастье,
А я ни разу в этой жизни не был,
Где нет дороже Вифлеемских стен.
И только встать осталося с колен,
С галдежом чаек под открытым небом.
Так праведность едва ли говорит:
«Да будет трапеза их сетью,
Тенетами и плетью в возмездье им…»
Или себе подобным?!
И снова с миром поделиться нечем,
Как в високосном умирать году.
И даже там, в земле, такая сырость,
Как будто от немыслимых обид –
Каких еще сближений?!
Дух мщенья перед пропастью земной.
Я жду еще твоих прикосновений,
А осень, ночь, стихи – всегда со мной.

Пусть на полу разбросанные книги –
Нет не стихи – о прошлом ворожу.
Когда чужих имен не забываю,
Не тех изгнаний за руку беру.
И так спокойны, безмятежны лица,
По-детски лягут вдруг, и так уснут.
Огни парадных, где-то полночь бьют, –
И не дай Бог им что-нибудь приснится!

За столько лет душевной пустоты
О сколько стерлось – стало безответным –
Из памяти моей – я мучился напрасно,
Стирая имена с могильных плит.
Дыхания в груди еще так много.
Так много жизней хочется забыть
За бытием своим неискупленным,
Не верить ничему, не думать ни о чем.
Кружиться снег, теряет след дорога,
Дворцовый мост и все спасенье в нем.

1988

Короткие стихи Пушкина, Ахматовой, Блока и других поэтов о Петербурге.

Как в пулю сажают вторую пулю
Или бьют на пари по свечке,
Так этот раскат берегов и улиц
Петром разряжен без осечки.

О, как он велик был! Как сеткой конвульсий
Покрылись железные щеки,
Когда на Петровы глаза навернулись,
Слезя их, заливы в осоке!

И к горлу балтийские волны, как комья
Тоски, подкатили; когда им
Забвенье владело; когда он знакомил
С империей царство, край - с краем.

Нет времени у вдохновенья. Болото,
Земля ли, иль море, иль лужа, -
Мне здесь сновиденье явилось, и счеты
Сведу с ним сейчас же и тут же.

Он тучами был, как делами, завален.
В ненастья натянутый парус
Чертежной щетиною ста готовален
Bрезалася царская ярость.

В дверях, над Невой, на часах, гайдуками,
Века пожирая, стояли
Шпалеры бессонниц в горячечном гаме
Рубанков, снастей и пищалей.

И знали: не будет приема. Ни мамок,
Ни дядек, ни бар, ни холопей.
Пока у него на чертежный подрамок
Надеты таежные топи.

Волны толкутся. Мостки для ходьбы.
Облачно. Небо над буем, залитым
Мутью, мешает с толченым графитом
Узких свистков паровые клубы.

Пасмурный день растерял катера.
Снасти крепки, как раскуренный кнастер.
Дегтем и доками пахнет ненастье
И огурцами - баркасов кора.

С мартовской тучи летят паруса
Наоткось, мокрыми хлопьями в слякоть,
Тают в каналах балтийского шлака,
Тлеют по черным следам колеса.

Облачно. Щелкает лодочный блок.
Пристани бьют в ледяные ладоши.
Гулко булыжник обрушивши, лошадь
Глухо въезжает на мокрый песок.

Чертежный рейсфедер
Всадника медного
От всадника - ветер
Морей унаследовал.

Каналы на прибыли,
Нева прибывает.
Он северным грифилем
Наносит трамваи.

Попробуйте, лягте-ка
Под тучею серой,
Здесь скачут на практике
Поверх барьеров.

И видят окраинцы:
За Нарвской, на Охте,
Туман продирается,
Отодранный ногтем.

Петр машет им шляпою,
И плещет, как прапор,
Пурги расцарапанный,
Надорванный рапорт.

Сограждане, кто это,
И кем на терзанье
Распущены по ветру
Полотнища зданий?

Как план, как ландкарту
На плотном папирусе,
Он город над мартом
Раскинул и выбросил.

Тучи, как волосы, встали дыбом
Над дымной, бледной Невой.
Кто ты? О, кто ты? Кто бы ты ни был,
Город - вымысел твой.

Улицы рвутся, как мысли, к гавани
Черной рекой манифестов.
Нет, и в могиле глухой и в саване
Ты не нашел себе места.

Воли наводненья не сдержишь сваями.
Речь их, как кисти слепых повитух.
Это ведь бредишь ты, невменяемый,
Быстро бормочешь вслух.

Стихи о Петербурге. Стихи о Ленинграде. Современные авторы. Сетевая поэзия. Подборка хороших стихов.

Стихи о Санкт-Петербурге, стихи о Ленинграде. Лучшее. Петербург-Петроград-Ленинград.
Современная поэзия, затерянная в сетевой глуши. Стихи современных авторов. «Нулевые» и «десятые», слово авторам 21-ого века — талантливо и вдохновенно — только их практически никто не слышит. Впервые в данном ЖЖ я попробую опубликовать подборку чужих стихов.

*
Мой Санкт!

«...может кто-то назовет это городской лирикой, но для меня это искренняя любовь...» (с) Автор

Закрываю глаза, забывая о дне пережитом,
И бреду наугад по звенящим твоим мостовым,
Сквозь задумчивость парков, решетчатой сетью увитых,
Мимо темных дворов с островками бездомной травы.
Пробираюсь бочком вдоль каналов по самому краю,
Утопаю душой в полукружье твоих колоннад,
Забываю про все, и в бездонную память ныряя,
Закрываю глаза и бреду, и бреду наугад…

……Ах, Санкт-Петербург, мой покой и недуг,
……Ну как ты живешь без меня?
……Уныло бредешь послефинишный круг
……Усталой походкой коня.
……И ночью сырой, заблудившись в мостах,
……Ложишься у самой воды,
……Как медный, потертый, старинный пятак
……В кармане российской нужды.

Ты вздыхаешь с тоской, но, почуяв меня, оживаешь,
Шевелишь волосами нечесаной гривы-листвы
И звенят бубенцы, колокольчики старых трамваев,
На лихом повороте твоей трехсотлетней судьбы.
Наливаются мышцы упругие Клодтовской статью,
Пробегает по венам-проспектам тревожная дрожь…
Ты от всех городов отличаешься медною мастью,
Ты на всех остальных абсолютно ничем не похож!

Я приеду к тебе! Лишь немного расправлюсь с делами,
С бесконечной цепочкой надуманных, ложных проблем.
Ты хранитель моих сокровенных и тайных желаний,
Вдохновенный источник еще не написанных тем.
Потерпи, мой дружище, и утром в ближайшую среду
Отсчитают колеса на стыках размерянный такт…
Это я, позабыв обо всем, на свидание еду,
Мой любимый, родной, позабытый отечеством Санкт!

2006
Автор: smotritelmayaka
Страничка автора: http://lyrik.33b.ru/gedicht43366.html

*
Покажи мне Неву!

Покажи мне Неву! Эту черную стылую бездну.
Лабиринты дворов под нависшей громадою крыш.
Я, увы, не поэт, стихоплет, стихотворная бездарь,
Мне бы только глоток трехсотлетней слепящей жары…

Покажи мне Неву! Я давно этой страстью болею,
Обнимаю руками с горбатых ажурных мостов.
В полудреме брожу по тенистым заветным аллеям,
Пожирая в восторге фасады усталых домов.

Покажи мне Неву! С парапета Васильевской стрелки.
Чтоб на миг окунуться в бездонных небес синеву.
Я клянусь сохранить петербургские тайны навеки…
На коленях прошу, покажи, покажи мне Неву !

2006
Автор: smotritelmayaka

*
Осенняя рапсодия

Минорный дождь бродил по мостовым, –
Продрогнувшие улицы пустели,
Гляделись в лица луж дворцы Растрелли,
И каплям подставляли морды львы,

И колотилась об асфальт вода,
Рассыпавшись чешуйками скалярий
На Невском. На Сиреневом бульваре.
Дождь в окна бил – его никто не ждал.

Внимал руладам водосточных труб
Нахохлившийся голубь на карнизе.
Игольчатыми брызгами пронизан,
Стыл город галеоном на ветру.

Сегодня, верно, думалось ему,
Куда б из местной осени отчалить…
Он вслушивался в крики редких чаек,
Меняя курс на ближнюю весну.

2010
Автор: zlata31 (Ольга Кнорр)

*
Жемчужные сумерки

Жемчужных сумерек примерив макинтош,
Так никогда его и не снимает.
Любимый город... он не понимает,
Как можно жить без зонтиков-галош.
Как можно зимний день представить долгим,
Включать почаще солнце в рацион,
Не вымокшим закончить моцион...
Не нравится вперёд – с Невы на Волгу!
...и если б захотела, всё без толку,
пусть даже запланирую побег,
меня адмиралтейскою иголкой,
к себе пришил мой Ленинград навек...

2010
Автор: Твайлайт (Dominika Tvaylayt)

*
открытка начала века

как там погода и какие виды
на урожай в прожаренных степях?
ах, право, мне невыносимо стыдно,
но не могу покинуть свой очаг.
не побродить по шири Бессарабской,
не пить у колонистов молоко.
милее шин шуршанье по брусчатке,
и не воловий рёв, а мой клаксон.
ну что ж, приятных дней вам на плэнере,
надеюсь, вдохновенных и цветных,
а я предпочитаю в Англетэре,
под кюрасо писать вам этот стих.
на сём позвольте, новомодным «чао»,
мне завершить стежки ненужных слов,
вы верите в природы величавость,
а я в удачу ломберных столов.
столь разное, мы посчитали домом,
я навсегда, а вы прозрели вдруг…
пост скриптум: шлю вам тысячу поклонов,
начало века, ваш Санкт-Петербург…

2012
Автор: aha220 (Андрей Климов)

*
гранитная книга

на Заячьем острове пушка
бабахнет минут через шесть.
служивые люди послушно
в кофейни отправятся есть.

служивые люди, ваш Город
заметно сменил макияж.
он очень по-летнему молод,
но чувствует время и стаж.

брасматик зеленый на парках,
и Стрелка от глаз пролегла.
немножко, мне кажется, жарко,
но мы, так хотели тепла...

здесь место любви и интригам,
под вопли и шепот молвы,
мой Город.... гранитная книга,
прошит переплетом Невы.

он мой календарь, ежедневник,
словарь и цитатник стихов.
мой Город дороже всех денег,
я нищим прожить в нем готов.

листаю страницы по датам,
той самой холодной зимы,
когда, даже Сфинксы в солдаты
ушли... но вернулись с Войны...

по Невке плывет ресторанчик,
пью кофе и жду свой заказ.
мой Город, прекрасный обманщик,
спасибо! что радуешь нас...

2015
Автор: aha220 (Андрей Климов)

*
иду дворами

иду дворами через три моста.
замёрзла Мойка, Обводной не дышит.
орёт ушибленый любовью кот на крыше,
а на Нерукотворном нет креста.

мосты, дворы колодцы и зима...
и нихрена не ясно в этой жизни.
по карте банка в алкошопе выясним
почём нальют ирландского дерьма.

а на ростралках мне китайских ламп огни.
о, Господи! как не хочу на службу.
зима, а под ботинки лезут лужи,
противные и мокрые они.

а жисть не пишут с читого листа,
травя себя кубинской сигаретой
я весь такой, мечтающий про лето,
иду дворами через три моста.

2020
Автор: oldaha (Андрей Климов)

*
на двоих со Сфинксом

...а на гробницах древних фараонов
грибница плесени задумчиво растёт.
забредший ветер Гизу подметёт
и подтвердит, что под луною всё не ново.
оно - канешна. Юдифь пьёт с Далилой,
ван Реймсу провоцируя пейзаж.
меня водили в детстве в Эрмитаж,
смотрелись эти тётки очень мило.
похмельный всадник на своём коне,
Сервантес из провинции ла Манча,
так Иоанна чем-то озадачил,
что даже Блок решил – что жизнь в вине.
что взять с меня? безвинно, просто пью,
когда вокруг такие ужасы природы.
я, специально, не придумывал погоды,
что, брат, продрог? давай, тебе налью.
дружище Сфинкс, а ты гляди – клюёт!
и я был прав, послав ментов на буквы эти,
а ты бурчал, мол ничего не светит,
который раз, извольте бриться, Новый Год .
Нева – не Нил и климат здесь другой,
а морду воротить, ты знаешь, мелко.
когда придёт Писец заместо Белки,
то ты и Мойку назовёшь рекой.
гляди, мурзявки тянутся на клёв,
закуску точат, в ожидании, с газетки,
ты думашь, про корюшку всё это?
да ты не Сфинкс гранитный – ты осёл.
не Буриданов, кстати... чё шумишь?
да, вижу, вижу.... рыба здесь такая,
за дамбой Котлинской там тоже не от Рая,
зато, там есть чухонцы и гашиш.
да, не, гранитный, я не в тех делах,
мне ссанки лепреконов круче гурий.
когда на деньги не хватает стульев,
то биржи падают и хэджи шлют всех нах.
ну, за тебя! за твой гранитный век,
за нос отбитый злой нечестной сталью.
мы сорок лет общаемся, но мало,
прости меня мой друг - я человек...

2019
Автор: oldaha (Андрей Климов)

*
КОМАРОВО

песчаный пляж посёлка Келломяки…
за частоколом сосен прошлый мир.
для каждого отыщется кумир,
на этом малом острие атаки…

плацдарм литературы вышел весь.
как авторы твои мой вкус творили...
они здесь пили, жили, говорили,
а кое-кто и похоронен здесь.

медь корабельных сосен в облака.
седые волны Финского залива,
пузырчато и радостно-игриво,
песок оближут до гранитных скал.

шумливый Питер смазан тишиной.
чухонская задумчивость природы,
отсутствие прогнозов для погоды,
и чувство, словно ты пришел домой,

пришел к друзьям, которые ушли,
ненадолго. ещё дымят окурки
и яблока почищенного шкурки,
свой вечно-ржавый цвет не обрели…

они живут в нас сотнями страниц,
мы поминаем каждое их слово.
двадцатый век посёлка Комарово,
ещё глядит в меня из-под ресниц…

2017
Автор: aha (Андрей Климов)

*
Настало лето...

Настало лето. Ну так что ж?
На землю снова сыплет дождь.
И небо серое. Совсем не до загара.
Сирень давно уж отцвела,
А где тепло? Что за дела?
Всего – плюс десять. Это явно не Сахара.

Твердят, что будет. Но … потом.
Пока ж весь город под зонтом.
Потоп всемирный? Он уже похоже рядом.
Пора ковчег вновь строить, Ной!
И чтоб по парам… Вы со мной?
Вот только взглядом убивать меня не надо.

Вы лучше бросьте этот взгляд
На Зимний, иль на Летний сад,
Иль под зонтом «с понтОм» по Невскому пройдите…
Подумаешь – с небес вода!
Да. Часто. Но ведь не всегда?!
Он просто любит чистоту, наш славный Питер.

Он душ старается принять,
Чтоб в полном блеске показать:
Мосты, дворцы, проспекты, площади, соборы…
Вот подождите. Дождь пройдет.
И чудо вмиг произойдет.
И вы поймете, что такое этот город.

Когда лазурный небосвод
Сольется с гладью невских вод,
А солнце робко заглядится в позолоту,
Под шёпот парковой листвы
Вам мило улыбнутся львы…
А дождь… он так. Он просто делает работу.

нулевые (?)
Автор: Караваев Н.М. *Карнимир

*
Сказки для рыбака на безрыбье

Вдоль гранитных опор
пробираясь во тьме, тайком,
рыба трогает город
раздвоенным плавником.
Размываются контуры, гасится свет в домах…

Время длится наощупь,
минуя людей впотьмах,
как Фонтанка – текущая между грозой и дном –
огибает площадь и гастроном.

В ресторанном дыму,
где ни в ком не болит река,
город пробует рыбу
с подливкой из чеснока.
Застывая под сыром в тарелке морских щедрот,
с бутерброда гостям улыбается мёртвый шпрот.
Пискнув, падает блюдце… Сквозняк выбегает вон, позабыв про голод и выпивон.

Лодка
бьётся
белугой
о каменный борт Невы. Вновь за кем-то незримым бредут по воде волхвы,
и дыхание Балтики слышится над тропой, где мосты-динозавры склонились на водопой.
Между тьмою и тьмой, где вливается в ночь река –
тонкий шрам от рыбьего плавника.

… Глядя в чёрную муть, вдруг покажется, что фантом под взлохмаченной шкурой воды шевелит хвостом…

Автор: Тейт Эш

*
из цикла «Питерский альбом»

Мы не проколем бабочку иглой
Адмиралтейства – только изувечим.
Иосиф Бродский

Поэт в России – больше, чем поэт
Евгений Евтушенко

1.
Мой друг, я буду в Питере с утра.
Пытаюсь спать под хохот, храп и бредни,
Уныло отгоняя комара...
Дежурный проводник включает бра,
Приносит чай, выслушивает сплетни.

За поездом бегут скелеты крон.
Метель всю ночь с подножки не слезала.
Схожу с ума.
(На пристань? На перрон?)
В нелепых декорациях ворон
Дверями машет здание вокзала.

Лирический герой едва живой.
Ты, впрочем, скажешь – просто накатило.
Куда идти? Стою на мостовой,
Как витебский патруль береговой,
Глядящий на замёрзшее светило,

В котором отражается Нева,
Балконы, крыши, бранные слова
И что-то, недослышанное мною.
Бистро – направо. Пеною пивною
От грустных мыслей лечится молва.

2.
Мой друг, здесь души заперты в тиски
Ведущих в небо лестничных пролётов.
Вконец осатаневший от тоски,
Господь ночами слушает стихи
И забирает лучших рифмоплётов.

У Невской Лавры строен силуэт.
Просторный тротуар разносторонен.
В аиде каждый сам себе аэд.
«Поэт в России – больше, чем поэт»,
Когда рождён, убит и похоронен.

Пора поднять грядущее со дна.
Спешу покинуть мрачные ограды.
За каждым аймаком лежит страна,
Но лучшего в упряжке скакуна
На полпути уводят конокрады

И гонят в Лавру. Вечен ледостав.
Забвенье спит, столетья распластав.
И гении смычка, пера и дроби
Глазами перекошенных надгробий
Глядят в унылый мира кенотаф.

3.
Мой друг, надежда свидеться слаба,
Твой адрес переездом искалечен.
Цыпленок чуда выпал из герба.
Смотрю, как сотни маленьких не-встречин
Сплетаются в большое «Не судьба».

Уходит день по следу детских лыж,
И я за ним. Курю. Давлю усмешку.
Стрелой играет каменный малыш.
Что мне осталось?
Снег.
Раздолье крыш,
Где ангелы с щеглами вперемешку,

И сорок лет длиною в черновик,
Где нет родных, но много всяких прочих.
Над Питером сияет крестовик,
Но призрак, оседлавши броневик,
Усердно исповедует рабочих.

Судьба страны стремится к январю.
Мерещится седому звонарю –
Прощальный круг закладывает стая.
Колоннами в гранитный пол врастая,
С земли ей смотрит вслед одна шестая.
И я с тобой негромко говорю.

Автор: Ash (Тейт Эш)

*
Питер обманщик...

Питер обманщик, Питер миражник
Он акварельный, праведный бражник.
Питер, отравой забравшийся в душу.
Питер, дворцом засмотревшийся в лужу.

Здесь все дороги не в Рим — на Фонтанку,
Здесь на лицо все и все наизнанку.
Кажется, счастье — и метаморфоза,
Кажется, оттепель - ветер с морозом.

Дни пролетают, проносятся лица.
Хочется выпить. Нет — тянет напиться!
В полночь бродить возле Летнего сада,
Хочется в сад, не пускает ограда.

Эх, развернуться бы мне, разгуляться!
Вирши писать, на дуэлях стреляться,
С Пушкиным встретиться в Царском под кленом,
Ночью молочной гулять с Гумилевым.

Но не судьба, все уплыло, пропало,
Кануло в Лету, в Неву и в каналы.
Питер остался, мой сон наяву.
В нем и живу...

Автор: (?)

*
ПОЛОНЕЗ ОГИНСКОГО

Ну, вот и зима. В подворотнях качается дым.
Удушливый мех, точно мельничный жернов на вые.
Под медленным снегом, стекающим с неба, впервые
Увидишь свой город — и Ангела в тучах над ним.

Послушай — зима подступает, тряся головой.
Зима над Обводным, над Карповкой, Крюковым, Зимней,
Лебяжьей канавкой — и пухом лебяжьим, гусиным,
Гагачьим и прочим
Повисли снега над Невой.

Но будет погода — полгода зимы впереди.
И как ни шамань, ни тоскуй об истаявшем лете —
Билет уже куплен, и дата стоит на билете.
И жадный птенец ожиданья трепещет в груди.

Пора, брат, пора! Вышло время, и конь под седлом.
И смуглые пальцы уже стасовали колоду.
И спущена лодка на темную зимнюю воду.
И место твое опустело за круглым столом.

Пора, брат, пора! Только первые капли горьки.
Все будет значительно проще, а может, и слаще.
И Ангел Прощания с Городом Тварей Дрожащих
Застыл на ступенях у вкопанной в камень реки.

Автор: Ольга Гришина

*
МАРСОВО ПОЛЕ

Дорогая, сядем рядом, поглядим в глаза друг другу...
Сергей Есенин

Седьмой утра. Продрогли стены, и снег с дождем попеременно,
И снова море по колено, и снова лужи по плечо,
И все нетленно и не ново: глаза, усмешка, дело, слово,
И облик города Петрова, и жизнь, и что-то там еще...
Шипят и гаснут волны быта: Вставай. Трамвай. Талон. Пробито.
За мостом лейтенанта Шмидта рванется ветер напролом.
Трамвай качается, скотина. В окне мотается дождина,
И мокнет жизни половина на остановке за углом.
Расход велик, доход ничтожен. Кредит и вовсе не положен.
Мы были счастливы — ну что же: какие круглые нули.
"Дружок, любви не учат в школе".
"Я — просто двоечник". — "Тем боле.
Мы наше Марсовое поле с тобой, похоже, перешли".
Что ж, напоследок сядем рядом и поглядим в глаза другу другу.
С бессонным старческим надсадом клокочут в сумраке дожди.
Да будет нам светла разлука в иззябшем сердце Петрограда.

Прощай, очей моих отрада.
Я проезжаю.

Выходи.

Автор: Ольга Гришина

*
Питер. Прогулка.

1.
Петербург, как известно, маленький город.
Он был чуть больше, когда я был молод,
Но вдоль-поперек мною прожит и пройден
Для путешествий он стал непригоден.
Теперь что проспекты, что переулки —
Не для путешествия всё. Для прогулки.
Ну что ж, прогуляемся. Встанем со стула.
Рискнем разогнуть всё, что время согнуло.
Разомнем позвонки, почувствуем возраст:
С утра суставы хрустят, как хворост.
Будем сидеть — превратимся в овощ.
Пойдем! Там — Питер, и он нам в помощь.







10.
Петербургская барышня. Наверно, уж сто раз
Пытались поэты постичь сей образ,
До истины и до сих пор не близко.
То Незнакомка, то Барбара Брыльска,
То что-то такое полупрозрачное,
Что-то русое, нечто мрачное,
И фригидное, и сексуальное,
Но, безусловно, интеллектуальное.
Как поэты не обольщались,
Как режиссеры не извращались,
Так ничего и не устаканили,
Лишь мозги тинэйджерам затуманили.
Скажу как закоренелый практик:
Будь в моем багаже, хоть фактик,
Отличающий барышень петербуржских
От московских, рязанских или калужских,
Я раздул бы его до такого размера,
Что содрогнулась бы ноосфера.
Я всю жизнь бы им посвящал поэмы
И ни с них не слезал бы, ни с этой темы,
Но, увы — ни особых душевных качеств,
Ни физических данных, что тоже значат
Совсем немало, не обнаружено.
Простишь ли меня ты теперь, петербурженка?

11.
Я стою на набережной Фонтанки.
Смотрю на воду. Пивные банки,
Окурки, листья, презервативы
Плывут куда-то неторопливо.
Я отражаюсь в воде дремотной.
Я представляю Фонтанку плотной,
Желеобразной, горячей массой.
В ней не поплаваешь кролем, брассом,
В нее хорошо солдатиком прыгнуть,
Пойти на дно, дна не достигнуть
Да так и застыть в этой вязкой массе,
Как жук в смоле или муха в масле.
Но не захлебнуться — к чему мученья? —
А медленно, медленно плыть по теченью,
Вращая глазами, вообще вращаясь
Вокруг оси своей, не прощаясь
Ни с кем, уплыть по реке куда-то,
Где ни абсциссы, ни ординаты,
А только тусклый и теплый омут…
Но все же вода — это то, в чем тонут,
Поэтому я, стряхнув наважденье,
Назад забираю свое отраженье
И продолжаю свою прогулку,
И сердце бьется уже не гулко.
Особенность Питера: здесь есть вещи,
С которыми нужно как можно резче.
Увидел, понял — и дальше топай,
Не стой там, как на Плющихе тополь,
Не то хорошего не получится:
По взгляду по твоему, по лучику
Они затянут тебя на раз-два
В такие муторные пространства,
Откуда выйдешь ты только с Пряжки,
В завязанной сзади ночной рубашке.

12.
Я встретил знакомого на Рубинштейна.
Он шел домой с бутылкой портвейна.
Позвал к себе, я отказался.
Я спросил: "Как жизнь?" А он: "Задолбался.
Работы до дури, хочу напиться.
Мне этот бизнес и ночью снится!
Блин, в этом городе платят кисло…" —
Он стал называть разные числа
И рассказывать мне, как где-то кто-то
Получил вдвое больше за ту же работу.
Я сказал: "Уезжай и мозги не трахай",
А он: "Из Питера? Да иди ты на ***".

13.
Чтобы быть петербуржцем, необязательно
Родиться в Питере. Как и писателем
Можно быть, не закончив и восемь классов —
Сколько гениев вышло из лоботрясов!
Ты жил себе, жил в какой-нибудь Вологде,
В Тотьме, в Твери, в любом другом городе
И вдруг — очнулся на этих улицах.
А дальше… Дальше — сплошной Кустурица.
Стрелка. Июнь. Ты глядишь бесстыже:
Впереди — Петропавловка, сзади — Биржа,
Петроградка, Невский, Васильевский остров,
Прямые линии… — просто? Просто.
Да ты тут всё завоюешь на фиг!
Ты можешь даже составить график
Завоеваний. Твой ум, как бритва.
Ты вызываешь весь мир на битву,
Ты смел, хитер, ты готов к подвохам,
Но с каждым движением, с каждым вдохом,
С каждым выдохом, с каждым шагом
Ты чувствуешь: блин, ты столкнулся с магом,
Который, как какой-нибудь Нео,
Уже в тебе. И Нева, и небо,
И все остальное тебе уже отдано
Без всякой битвы. "Господи, вот оно!" —
Задыхаешься ты. Давай, брат, действуй —
Гуляй со спицей Адмиралтейства
В сердце своем!.. О-кей, не буду
Пугать тебя петербургским Вуду —
Питер с тобой и так не расстанется.
Но главное вот что: тебе это нравится.
А завоевать-то его не сложно.
Бери. Избавиться — невозможно.

14.
С другой стороны: можно здесь родиться,
Прожить всю жизнь, и в невской водице
Утонуть, провалившись под лед в апреле,
Но не понять, где на самом деле
Ты столько лет дымил и сквалыжил,
Жил — не жил, выживал — не выжил,
То есть не чувствовал ничегошеньки,
Чай, не принцесса ты на горошинке.
Вечно бухой, и на все в обиде —
"Крутой мужик был", — скажут на панихиде,
И это, пожалуй, всё, что скажут.
Талант пропит, капитал не нажит.
Ты откуда? Из Лондона? Питера? Кракова?
Плебейство всегда и везде одинаково.

15.
На Невском всегда толкотня и грохот.
Урчанье машин, человечий рокот
Меня оглушают, как взрыв в катакомбе,
Всего минута — и я уже зомби.
Так в дурке с мыслями о высоком
Вмиг справляются электрошоком,
И если вдруг кому одиноко,
Дуйте на Невский. Таких тут много.
Тут можно запросто разминуться
С самим собою. Тут люди трутся
Плечом о плечо, взглядом о взгляд и
Душой о душу… Нет, это вряд ли…
Скорее — мыслями и мечтами:
Кто об Игоре, кто о Тане,
Кто о "Сони", кто о "Самсунге",
БГ о "Грэмми", матрос о юнге,
Кто чего хочет, кто чем мается —
Здесь тебя всё буквально касается.
И сам ты, плачешь или смеешься,
Точно такой же. Поскольку — трешься.
Не презирай же своих сограждан,
Влекомых вдаль, кто духовной жаждой,
Кто просто жаждой, а кто наживы,
Давай-ка, интеллигентик вшивый,
Включайся в этот веселый слалом:
Призов — в обрез, игроков — навалом.
А то не успеешь, и опоздаешь,
И не сумеешь, и не узнаешь,
И не увидишь, что все увидят…
Где метафора, где эпитет,
Чтоб передать это ощущенье?
Я не нашел их. Прошу прощенья.
Видать, поэтому каждый день я
И изучаю законы тренья.
Невский — и тут рукоплещут зрители —
Самое московское место в Питере.

16.
Тут все же надо внести поправку:
На Невском проспекте такая давка
Только в светлое время суток.
Чем ближе ночь, тем меньше маршруток,
Меньше машин, продавщиц, туристов,
Меньше художников и гитаристов,
А потом и они исчезают где-то —
То ли в метро, то ли в волнах света,
Падающего из глубины Вселенной
На нас по касательной от Селены.
Постепенно пустеет усталый Невский,
Теперь делить нечего здесь и не с кем.
Теперь можно делать тут все, что хочешь.
Совет влюбленным: часа в три ночи
Хорошо идти по проезжей части,
И не прикасаясь к предмету страсти,
Насвистывать что-нибудь из Маккартни,
И коль менты не спутают карты,
Получите странное наслажденье
И от Невского, и от пенья.

17.
Я слышу собственное дыхание,
Слов различные сочетанья,
Переплетения интонаций,
Приказы из милицейских раций,
Призывные крики экскурсоводов,
Ругань таксистов и пешеходов,
Признанья в любви, обсуждения шмоток —
Тысячи разгоряченных глоток
В одном немыслимом диалоге.
Интересно, к чему мы придем в итоге?
К тому, что каждый займет свою нишу?..
Я слышу себя. Или не слышу?

18.
Я вижу глаза идущих навстречу:
В одних горит: подойдешь — изувечу,
В других сияет: жизнь — прекрасна,
В третьих вообще все давно погасло,
В четвертых искрит: денег достать бы,
В пятых блестит: не родить бы до свадьбы,
В шестых мерцает: дашь — не обижу…
Я вижу себя. Или не вижу?

19.
Я чувствую: твердь под своей подошвой,
Пустой желудок, грезящей "ношпой",
Сумку, врезающуюся в ключицу,
В левом глазу соринку, ресницу,
Случайные прикосновенья прохожих,
Холодный ветер на теплой коже,
Дым, заползающий в носоглотку,
Мышцы лица, позвонки, походку…
Я чувствую это. И, что бесценно,
Я чувствую это одновременно.

20.
Я думаю. Думаю отвлечённо,
Что вот не думаю ни о чем я,
И на душе моей так спокойно…
Молчанье разума — радость воина.

21.
Я знаю, что где-то есть жизнь иная.
Я знаю это. Я это знаю.

22.
Не важно, что будет со мною завтра.
В моей голове крутится мантра.
Повторяйте за мной, если хотите:
Я в Питерепитерепитерепите…

23.
Ну, вот и метро "Площадь Восстания".
Я гулял бы и дальше, не перестань я
Искать что-то новое в звуках, в лицах —
Всякая страсть должна утолиться,
И я свою утолил. Наверно,
Прогулка вышла немного нервной,
Особенно тот эпизод с Фонтанкой.
Да и на Невском я с перебранкой
Переборщил — зря я встал там в позу,
Но в целом прогулка пошла на пользу.
Правильно сделал, что вышел из дома,
А то бы нашла на меня истома,
И я бы ей сдался опять покорно,
А дома-то дел, между тем, по горло.
А так я встряхнул и чувства, и мысли,
И те места, где должны быть мышцы,
Энергии качественной навампирил
В этом модерне-барокко-ампире,
И теперь довольный валю отсюда
Домой, где меня уже ждет посуда,
Оставшаяся после пьянки вчерашней.
Мыть посуду с больною башней —
Это же два наказанья сразу,
Мне это садо — совсем не в мазу.
Теперь же я с этой немытой кучей
Справлюсь в два счета, как Ельцин с путчем.
В общем, спасибочки Петербургу
За всё: за энергию, за прогулку,
За тарелки с присохшими овощами…
Что бы еще сказать на прощанье?
Надеюсь, Питер я не обидел.
А если обиделся кто за Питер,
Милости просим бить морду автору —
Его вы найдете в районе Автово,
Можете также этого гада
Поймать, например, у Летнего Сада,
На Петроградке, на Невском, конечно.
Встреча, в общем-то, неизбежна.
Можно везде меня взять за ворот —
Петербург, как известно, маленький город.

2005
Автор: Кирилл Комаров

*
В Питер

На ходу снимая пояс,
Плащ и свитер,
Я сажусь на скорый поезд –
Еду в Питер.
В рюкзаке моем не пиво,
Банка с соком.
Загляну в чужое чтиво
Ненароком.
У меня с собой ни книжки,
Ни газеты.
За окном дома-домишки,
Питер, где ты?
Там ночами спят тревожно,
Снов не видя,
Зимний – стоя, Невский – лежа,
Медный – сидя.
На последнем перегоне
Плотный, низкий
Поглотил туман вагоны,
Как сосиски.
Над вокзалом силуэты
Строгих литер.
Питер, Питер, ты ли это?
Здравствуй, Питер!

Автор: Елена Ширимова

*
Питерская весна

Петербург, это мир, где короткую мокрую зиму
Бесконечная осень сметает дождём бесконечным.

В колоннаде Исакия солнце в бессилии мима
Заплутав, не прорвалось, чтоб рухнуть Собору на плечи.
И ушло, не прощаясь, до новой попытки безумной
По Ростральной колонне скользнуть фиолетовым бликом.

Наверху облака, безграничней, чем полчища гуннов,
Атакуют в порыве безжалостном, яростном, диком,
И роняют как пот водяные тяжёлые струи -
Медный всадник стоит ослеплённый слезой дождевою.

Но не дрогнул гранит петербургских отчаянных улиц -
Петербург не сдаётся, он жаждет победного боя.

Ветер флаги рванул, сбросив в радугу водное иго,
Облака, подустав, запалили зарницы кострами,
А на шпиль Петропавловки солнечный лучик запрыгнул,
Как хирург зашивая дождём нанесённые раны.

2019
Автор: crkthjrfrnec (Егор, как и смотрительмаяка, тоже москвич))

*
Нева - История...

Меж ладоней залива и озера,
ни зимою, ни летом, ни осенью...
Одеяние белое сбросила
не краснея от на-
готы...

И как водится, голую сцапали,
соблазняли приблудами царскими,
но вернула История цацки им...
Развели над Невой
мосты.

"Наши помыслы - море Балтийское..."
На полотнище флага Российского
троецветие доблестей... Присно ли?
Врачевала плакун-
трава

ни увечья, ни раны, ни ссадины -
стяги - драны турецкими саблями -
поколение Медного всадника...
Развела берега
Нева...

Как и прежде: "Вперед, за отечество!"
Столько минуло... Души не лечатся!
И сбивает течение встречное!
И звучит в голове
каприс...

Пропитались солеными песнями,
а приходится ныне лакействовать...
Пусть Москва - это сердце Россейское,
Но мосты
над Невой
сошлись!

Автор: yust

*
Санкт-Петербург

Мне амнистии, даже не надо
И моих пересмотренных дел,
За решёткою летнего сада
Я сидел бы, сидел и сидел.

На скамейке в Михайловском, боже!
В Петропавловке, где каземат,
На часок и пожизненно тоже,
Я присесть был, товарищи, рад.

От Барклая, Кутузова сбоку,
У Невы на родимый гранит -
Век сидел бы я, радуясь сроку,
Созерцая прекраснейший вид.

2014
Автор: bes1917

*
Петербуржские зарисовки или сон, которого не было

В темно-синем плаще и в норвежском узорчатом свитере,
Запивая холодным шампанским белужью икру,
Ранним утром Есенин и Пестель гуляли по Питеру
И веревки на шеях дрожали, как лист на ветру.

Им самим было как-то неловко от этой нелепости,
И хотелось заснуть поскорей крепким сном, но увы…
Они жарили сфинкса у стен Петропавловской крепости
И бросали объедки в холодную воду Невы.

А потом, до рассвета бродя по осеннему городу,
Наблюдали, как Цой под дождем выпил воду из луж,
И как Петр отчаянно брил Достоевскому бороду,
И как Гоголь в кофейне сжигал третий том мертвых душ.

Мертвый Пушкин над Мойкой летит на дуэль в белом саване,
И Некрасов в ларьке на Сенной продает карамель,
И «Аврора», как прежде, ушла в кругосветное плаванье,
Но, доплыв до ростральной колонны, наткнулась на мель.

А замерзшие львы у моста тихо пьют воду из реки
И соборы угрюмо застыли в сиянье луны,
И витают над сонной Невой петербургские призраки,
И влетают непрошеным гостем порой в наши сны.

© Александр Булгаков

*
Питерским транзитом, жесткий промежуток
Пережить и дальше втиснуться в орбиту.
Мне осталось мало, менее двух суток,
Чтоб себя уверить в том, что все забыто.
Отпусти Фонтанкой под мостом плескаться,
Отпусти трамваем дребезжать по рельсам.
Отпусти, мне нужно скоро возвращаться.
Отпусти, мне нужно где-нибудь согреться.

Автор: Лия Киргетова

*
Питер, привет

Питер, привет, это – медленный мой разбег
Чувствую очень теплый внутри азарт.
Питер, скажи, не вовремя выпал снег?
Или не вовремя кто-то назначил март?
Мы же такие мирные – до поры...
Если не трогать – вежливы и тихи.
Я крашу в нежно-синий твои миры,
Ты и во сне читаешь мои стихи.
Память стирает лица и имена
Питер, но если – это – опять пройдет,
Если останусь снова совсем одна,
Я по Фонтанке выстелю красный лед.

Ты, как и я – заведомо не спасен.
Твой поцелуй, словно метка на тёмном лбу.
Смотришь с улыбкой: справится? унесёт?
Господи, если и это – еще не все,
Что же ты Питером правишь мою судьбу?

Питер, я третьи сутки почти не сплю.
А у меня назавтра – опять вокзал.
Я улыбаюсь полу, чтоб выжил зал.
Я же боюсь, что взглядом все затоплю.
Если – вот это – значит, что я – люблю,
Питер, ты мне о многом не рассказал...

Автор:  Лия Киргетова

*
С тех пор я Петербурга не люблю.
Температура, близкая к нулю,
На этот раз в глаза переместилась.
И было душно, и хотелось лечь
С ума сводила близость милых плеч,
Которая в мученье превратилась.

Я думала, разглядывая пол,
Что этот город мне не подошел,
Что я его с руки не покормила.
А в этот раз я приглянусь ему,
Я приручу, поглажу, обниму,
И он простит, а я давно простила.

Меня до слез сегодня умилит
Игрушечных мостов серьезный вид,
Что так давно в мою ладонь просились.
Но не спасли ни Пушкин, ни июль
И опоздал ко мне ночной патруль,
И фонари в Неве не отразились.

Был невозможен поворот назад,
И я пошла куда глаза глядят,
Ничьим не провожаемая взглядом.
Я умирала, но не умерла.
Я видела, как медленно плыла
Берлинская лазурь над Летним садом.

Автор: Аня Ру

Подборка, если сложится, будет продолжена ниже, в комментариях

Где в Петербурге можно прочитать свои стихи?

Вопрос-ответ 20 Июля 2019

Только на сайте

Три места, где с удовольствием послушают ваше творчество.

Фото: Pixabay

В Петербурге активно развивается новая поэтическая сцена. Многие пишут стихотворения собственного сочинения, но не знают, где представить свое творчество. Портал МИА МИА представил три площадки, где обычно дебютируют современные поэты:

  • Литературная гостиная в клубе «Грибоедов»

Каждый вторник здесь проводятся литературные вечера, представляющая собой смесь буржуазного декаданса «серебряного века» и андерграундного Петербурга конца 1990-ых годов. Вход на мероприятия свободный. Авторы могут прочесть свои стихотворения или исполнить песни собственного сочинения.

  • Поэтический слэм и Bang Bang poetry в Ионотеке

Несколько раз в месяц в Ионотеке проводятся открытые поэтические мероприятия. На Поэтическом слэме предоставляется открытый микрофон для всех желающих. А Bang bang poetry представляет собой полноценный конкурс молодых поэтов, которых судят профессиональные состоявшиеся авторы.

  • Поэзия [Z]. Поэтический пикник

Событие проводится более 10 раз в месяц на различных площадках Петербурга. Тематика вечеров разнообразная и исполнение стихотворений под аккомпанемент не является редкостью. Главная особенность – на мероприятия собирается публика совершенно разных возрастов.

Ранее мы рассказывали, где можно отдохнуть летом в Ленобласти.


Материалы рубрики

Детские стихи о Санкт-Петербурге | Стихи

Львы у дома Лавалей

Надежда Радченко

В Петербурге львов немало.
Но найдёте вы едва ли
Львов милей, чем я видала
У особняка Лавалей.

Удивительные звери:
На крыльце легли послушно
По бокам парадной двери,
Улыбаясь добродушно.

Вид у них такой домашний,
Столько неги в позах львиных,
Что совсем-совсем не страшно
Посидеть у них на спинах.

Симпатичных львов Лавалей
"Львы-философы" прозвали.

---

Медный всадник

Надежда Радченко

Пред нами Медный всадник Фальконе -
Могучий Пётр на вздыбленном коне.
В его подножье - финская скала,
И скорчившийся змей, как образ зла.

А Пётр - весь в движении, как живой.
Он простирает руку над Невой,
О будущем столицы новой грезит.
И ночи ждёт, когда с коня он слезет,
Чтоб обойти дозором город свой.

---

Нева

Надежда Радченко

От Ладоги до Балтики
Течёт река Нева
И обнимает острова,
Дробясь на рукава.

И питерцам завидуют
Все жители Москвы:
У них же нет в Москве такой
Красавицы Невы.

---

Невский проспект

Надежда Радченко

На Невском времени потерян счёт.
Проспект шумит,
Людской волной течёт.
Увидев раз, навек запомнишь ты
Его дворцы, театры и мосты,
Его домов нарядные фасады,
Казанского собора колоннады,
Гостиный двор и сквер Екатерины,
И магазинов яркие витрины.

---

Сфинксы

Надежда Радченко

Древние сфинксы над стылой Невой
Смотрят куда-то вдаль отрешённо.
Сколько они повидали всего:
И пирамиды, и фараонов!

Сфинксы тоскуют о жаркой пустыне.
Как бы они тут у нас не простыли!

Холодно им от балтийских ветров.
Я их поглажу и пожалею.
Знаю, от добрых и ласковых слов
Всем - даже сфинксам -
Немного теплее.

---

Цирк

Надежда Радченко

В программе цирка на Фонтанке
Медведи, тигры, обезьянки,
Жонглёры и эквилибристы,
Факиры - иллюзионисты…
Весёлый клоун - так хорош,
Живот от смеха надорвёшь!

А потому без промедления
Спешите в цирк на представление!

---

Чижик-пыжик

Надежда Радченко

- Чижик-пыжик, где твой дом?
- На Фонтанке под мостом!
Ты монетку мне кидай,
Да желанье загадай.

Чижик-пыжик слишком мал.
Кинул я, да не попал.
Эх, судьба-злодейка:
Пропадай копейка!

---

Ши-цзы

Надежда Радченко

На набережной около Невы
Какие-то неведомы зверушки:
Собаки - не собаки.
Львы - не львы.
А, может быть, они
Вообще - лягушки?

У них такие пасти -
Просто страсть!
Я не хотел бы в зубы
К ним попасть!

---

В нашем городе

Сергей Скаченков

В нашем городе портовом
Ровно в полдень пушка бьёт.
В нашем городе «Аврора»
Знаменитая живёт.

Залп её победной песней
Был в семнадцатом году.
Из легенды этот крейсер,
В гости я к нему иду.

Каждый день, в любую пору,
Крейсер ждет своих друзей.
Приходите на «Аврору» -
Вверх по трапу - и в музей.

---

Кораблик Адмиралтейства

Сергей Скаченков

Кораблик Адмиралтейства
Маленький кораблик
В городе огромном,
В небе над Невою
Синем и просторном.

Маленький кораблик
Высоко плывёт -
Это символ города,
Здесь рождался флот.

---

Лебяжья канавка

Сергей Скаченков

Лебяжья канавка,
Где много людей,
Лебяжья канавка,
Где нет лебедей.

Они улетели.
Куда же, куда?..
Нам не сказала
Об этом вода.

---

Наводненье

Сергей Скаченков

Ну и ветер жмёт с залива!
Дождик хлещет всё сильней,
И насквозь промокли гривы
Старых клодтовских коней.

Ветер гулко завывает!
Что же сделалось с Невой?
Львов гранитных заливает,
Накрывает с головой.

Ветер волны все разгонит,
Разобьёт их о гранит.
На ветру обсохнут кони,
Наводненье отгремит.
Петербуржцев разозлив,
Ветер спать уйдет в залив

---

Ночью на Невском

СергейСкаченков

Город спит, и Невский стройный
Уплывает в темноту.
Только кони неспокойны
На Аничковом мосту.
Страшно мне:
Рванутся кони!
Кто таких коней догонит?

---

Петропавловская крепость

Сергей Скаченков

Ветра вой и волн свирепость,
Всё видала, всё снесла
Петропавловская крепость,
Тучи рвущая игла.....

Как хитро придумал кто-то
В недалёкой старине:
В синем небе позолота,
Казематы в глубине.

---

Праздник на Неве

Сергей Скаченков

Как вода прохладой дразнит
В этот жаркий летний час.
На Неве сегодня праздник
Корабли в гостях у нас.

Кораблям Нева знакома.
Позади штормят моря.
На Неве они, как дома,
Здесь отдали якоря.

Посмотри - проносит быстро
Катер невская вода!
Наш Исакий шлем начистил
И горит как никогда.

Он - солдат поры военной
И морскую славу чтит -
Так сияет вдохновенно,
Так он празднично блестит!

Ветры Балтики прохладны,
Ветры флаги теребят.
Вид Невы такой нарядный -
Даже львы - и те не спят.

---

Прогулка

Сергей Скаченков

Одеты не по-зимнему -
Уже совсем по-летнему,
Проходим мимо Зимнего,
Идем мы к саду Летнему.
Туда идем, где невскою
Волной гранит исхлестан,
Потом пойдем по Невскому
И погуляем просто.

---

К 300-летию города

Таня Холощак

Наш город прекраснее всех!
Он поражает гостей
Широтою своих площадей,
Красотою мостов и рек.

С золотых куполов церквей
Льется песня колоколов,
Прославляя город Петров,
Ставший славой России всей!

---

Исаакиевский собор

Юрий Юдин

На площадке смотровой
Продувает ветер.
Небо вровень с головой,
Видно - все на свете:
Медный всадник, Летний сад,
Площади, проспекты,
Эрмитаж и зоосад,
Скверы, монументы!
Если встать на колоннаде,
Город видно, как на карте!

---

Кунсткамера

Юрий Юдин

Царь диковинки любил,
Собирал их и копил.
Из причуды царской сей
Первый создан был музей.

---

Каменный цветок

Ярослав Кондрашевич

На болотах топких и опасных
Шумные столицы не растут.
Но наш город, как цветок прекрасный,
Словно в сказке, появился тут.
Сколько мастера над ним не спали:
Украшали, укрепляли град.
Ангел осенил его крылами!
Тысячи врагов поумирали
У его заговоренных врат!

---

Дедушкин рассказ

Инет

Расскажу тебе, родной,
Про кораблик золотой…

Тот кораблик - непростой:
Высоко над головой,
Раздувая паруса,
Он несется в небесах.

Полетать он так мечтает!
Жалко, шпиль ему мешает:
Не пуская никуда.
Вертит им туда-сюда.

Догадайся, для чего
Люди сделали его?

Чтобы помнить о морях
Да о славных кораблях:
Тех, что много воевали
И победы одержали;

И о тех, что груз везут
В близкий и далёкий путь;
И о старых моряках -
Будет слава им в веках!

Помни это, мой внучок,
Синеглазый морячок!

---

Над Невой

Асан Багимов

Открылась мне в ночную пору
Дворцов и шпилей красота,
Когда я на великий город
Смотрел с Литейного моста.

В широкой глади отражала
Нева сияние огней.
И ни одна река планеты
Не выдержит сравненья с ней.

---

Сфинксы

Артём Соколов

Века несчетные прошли,
Но не сомкнули свои веки
На северном краю Земли
Те львы с глазами человека.
На гордых берегах Невы
Они останутся навечно -
Те полулюди, полульвы,
Пленённые бесчеловечно.
Им наводненья не страшны,
Ничто волненья и страданья.
И дремлют на брегах Невы
Египта мудрого созданья.

---

Львы Петербурга

Валентина Лелина

В молочной сырости тумана,
Где тонут мысли и слова,
Вдруг выплыли четыре льва,
Четыре белых истукана
И, опершись на парапет,
Держали берега канала.

Вдруг солнце из-за облаков
Взошло и вылилось на крыши.
И дворник, подметая мост,
Метлой случайно тронул хвост,
И огрызнулся лев неслышно.

---

Корабль над городом плывёт

Вячеслав Кузнецов

Петровская баллада
Корабль - над городом плывёт
По облакам, через столетья,
И в парусах грохочет ветер,
Лохматя синь балтийских вод.

Тверда петровская рука,
Она умела в бурю править…
… О наша быль, о наша память -
Фрегат - связующий века!

Корабль - над городом плывет
И видит нас внизу, в пучине.
По этой, может быть, причине
К нему мы рвемся, в небосвод.

---

Моему городу

Катя Озерова

Среди болот, дорог и вьюг,
Как исполин из сказки,
Явился миру Петербург,
Волной любви обласкан!

Его скульптуры и дворцы,
Фонтаны, скверы, парки,
Его ограды и мосты,
Кораблик на Фонтанке,
Его кресты, его гранит -
Веков узор так прочен! -
Все восхищает и пленит
В сиянье белой ночи.

Люблю тебя я, город мой,
Не знаю краше места!
Мне жизнь, единая с тобой,
Дарована в наследство!

---

Золотой кораблик

Майа Борисова

Плывёт в высоком небе
Кораблик золотой,
Плывёт он днём и ночью
Над царственной Невой.

На шпиль Адмиралтейства
Кораблик водружён.
И всем ветрам и бурям
Всегда послушен он.

---

Кораблик Адмиралтейства

Майя Борисова

Над грохотом и пылью,
Над шумной суетой
Плывет на тонком шпиле
Кораблик золотой.

Летают рядом чайки,
Звезда горит вдали.
Он бы и рад причалить,
Да в небе нет земли.

---

Наш город

Майя Борисова

Мы очень любим город свой.
Сияет солнце над Невой,
Или дожди стучат в окно -
Его мы любим все равно.
Мы в этом городе живём.
И он растёт, и мы растём.

---

Адмиралтейство

Надежда Радченко

Солнечный лучик кораблик ласкает,
И, прогоняя утренний сон,
Адмиралтейство квартал обнимает,
Крепко сжимая пальцы колонн.

Были когда-то здесь доки да верфи,
И протекал полноводный канал.
Нынче деревья раскинули ветви,
Струями звонкий фонтан заиграл.

Сказочны нимфы, ветра и герои,
Своды небесные - словно мячи.
Вдаль убегая, манят за собою
Шумных проспектов прямые лучи.

---

Ангел-хранитель Петербурга

Надежда Радченко

Раскинув широкие крылья
Над зеркалом невской воды,
Сам Ангел-хранитель со шпиля
Тебя бережёт от беды.
Покуда над крепостью реет
Сияющий Ангел Добра,
Я верю, никто не сумеет
Сломить тебя, город Петра!

---

Васильевский остров

Надежда Радченко

На острове Васильевском
Вы убедитесь сами:
Там вместо улиц - линии,
И все - под номерами.
Гуляющий по острову
Умнее может стать -
Ведь здесь легко и просто вы
Научитесь считать!

---

Грифоны из аптеки Пеля

Надежда Радченко

Видишь, над аптекой Пеля
Тучи будто бы сгустились?
То грифоны прилетели
И на башню опустились.

Говорят, алхимик счастье
Спрятал в недрах башни где-то.
Только внутрь не попасть нам -
Ни дверей, ни окон нету.

Лишь одни грифоны - стражи,
Те, что счастье охраняют
От пропажи и покражи,
Вход секретный в башню знают.

---

Диоскуры

Надежда Радченко

Сдерживают резвых скакунов
На крыльце Манежа Диоскуры.
У античных братьев-близнецов
Мраморные белые фигуры.

Снежною зимою в холода
Мёрзнут Диоскуры без одежды.
Я бы куртки тёплые им дал
И погреться их пустил в Манеже.

---

Исаакий

Надежда Радченко

Через ненастный дождливый октябрь
Он проплывает, как гордый корабль.
В синий январский морозный туман
Он неприступен и сед, как Монблан.
В свете июльских палящих лучей
Не уступает он блеску царей.
И с колоннады своей свысока
Смотрит на город и на века.

---

Львы

Надежда Радченко

В Петербурге повсюду
Встречаются львы:
У парадных подъездов
И у Невы,
Даже львиная есть ограда…
Но бояться тех львов не надо.
Эти добрые львы,
Улыбаясь, сидят,
Если хочешь, погладь их -
Небось, не съедят.

Биография петербургской поэтессы Анны Ахматовой

Родился: Одесса - 23 июня 1889 г.
Умер: Москва - 5 марта 1966 г.

Анна Ахматова родилась в Одессе и умерла в Москве. За свою долгую карьеру поэтессы она редко имела прямое отношение к Санкт-Петербургу в качестве объекта исследования в своих в основном очень личных стихах. Тем не менее, ее жизнь и деятельность были так тесно переплетены с трагической и бурной судьбой Петербурга / Петрограда / Ленинграда в ХХ веке, что немногие другие деятели культуры так широко и мгновенно отождествляются с городом.Умеренный, проницательный авторитет ее зрелой поэзии поддерживал моральные и эстетические ценности дореволюционной либеральной интеллигенции, укрепляя роль поэзии как человеческой совести в зачастую бесчеловечной и аморальной городской среде.

Ахматова родилась Анна Андреевна Горенко в 1889 году в одесском предместье Большой Фонтан. Ее родители были выходцами из мелких дворянских семей, ее отец - морской инженер, а мать - дальняя родственница Анны Буниной, признанной первой в России поэтессой.Когда Ахматовой было одиннадцать месяцев, семья переехала в Царское Село, где ее отец стал коллежским заседателем. Она начала учиться в Мариинской гимназии, но после того, как ее родители разошлись в 1905 году, закончила ее в Киеве, где продолжила изучать право и литературу в течение двух лет с 1908 по 1910 год. В том же году она вышла замуж за Николая Гумилева. поэт на три года ее старше, с которым она впервые познакомилась в 1903 году. В 1912 году у них родился сын Лев. В дальнейшем он стал известным историком и ведущим антропологом-пионером.

Портрет Анны Ахматовой (1914)

Натан Альтман

Ахматова начала писать стихи в возрасте одиннадцати лет и, вдохновленная Гумилевым, впервые опубликовала свои стихи в его журнале Sirius в 1911 году. Чтобы не огорчать отца, она решила публиковаться под псевдонимом «Ахматова». ", фамилия ее прабабушки по материнской линии, предположительно потомка татарской Орды. В 1912 году она опубликовала свой первый сборник стихов Vecher («Вечер»).Ее второй сборник, Chetki («Бусы») появился в 1914 году и был переиздан восемь раз до 1923 года, что сделало ее репутацию одного из ведущих поэтов своего поколения и (если не учитывать ее почти забытого предка Анну Бунину) первый по-настоящему значительный женский голос в русской литературе. Она продолжала выпускать регулярные сборники стихов в годы Первой мировой войны, революции и Гражданской войны в России. Темой ее стихов в этот первый период была почти исключительно любовь, ее вдохновение, ее собственные романтические отношения, и, помимо ее замечательных формальных способностей, именно интенсивная и неприкрытая эмоциональная честность ее стихов завоевала ее критическое и общественное восхищение.

За два года после свадьбы Гумилев и Ахматова много путешествовали по Франции и Италии. Отношения Ахматовой с Гумилевым быстро испортились. Его отчаянная любовь к ней, включавшая одну попытку самоубийства, очевидно, уже остыла к моменту их свадьбы, и сама Ахматова никогда не была уверена в своих чувствах к мужу. Страстный путешественник, он отправился в свою вторую экспедицию в Африку в 1913 году, а по возвращении рано добровольно пошел на службу в Первую мировую войну в качестве кавалерийского офицера, затем служил во время революции в Русском экспедиционном корпусе в Париже.Пара, к тому времени уже полностью разошедшаяся, окончательно развелась, когда он вернулся в Петроград в 1918 году.

Николай Гумилев, Лев Гумилев и Анна Ахматова (1913 или 1916)

неизвестно

В Париже в 1910 году Ахматова познакомилась с Амедео Модильяни, и их короткий роман, возобновленный, когда она вернулась одна в Париж следующим летом, оказал глубокое влияние на его искусство и его психическую устойчивость. Он также сделал несколько замечательных ее рисунков.Высокая, стройная и, по общему мнению современников, исключительно изящная, с поразительно сильными чертами лица, Ахматова вызывала почти всеобщее мужское восхищение. У нее была тесная дружба с Борисом Пастернаком, жизнь и карьера которого во многих отношениях были зеркальным отражением ее собственной жизни и который, хотя и был уже замужем, несколько раз делал ей предложения. Также ходили слухи, что у нее был роман с великим поэтом-символистом Александром Блоком. После развода с Гумилевым она быстро вышла замуж за поэта и востоковеда Владимира Шилейко, хотя ее второй брак продлился всего три года и продолжала иметь романы.Эта богатая и полупубличная романтическая биография, наряду с ее широко признанным сексуальным очарованием, была почти так же важна для ее быстрого подъема к литературной славе, как и несомненное качество ее стихов.

Мрак и отчаяние военных лет начали отражаться, хотя поначалу лишь косвенно, в ее стихах, и ко времени Октябрьской революции она с привычной откровенностью в своих произведениях обсуждала свою неуверенность в том, чтобы остаться в России, и свой ужас. будущего.Тем не менее, как Пастернак и Блок и в отличие от подавляющего большинства ее круга общения, она предпочла остаться. Как и Гумилев, хотя с его стороны, учитывая его военную службу и плохо скрываемое пренебрежение к большевистскому правительству, это решение было безрассудным. Почти неизбежно он был арестован, предан суду и казнен ЧК в 1921 году за якобы участие в заговоре монархов.

Портрет Анны Ахматовой

Кузьма Петров-Водкин

Согласно унизительным доводам властей, предполагаемая вина Гумилева вызывает постоянное подозрение на Ахматову и ее сына, делая их жизнь все более трудной.Примерно с 1925 года она не могла публиковать свои стихи. Она никогда не прекращала сочинять стихи, но большая часть ее произведений того периода, скудно записанные из-за страха разоблачения, была потеряна во время более поздних потрясений. По мере возможности она работала критиком и переводчиком, создавая, в частности, русские версии произведений Виктора Гюго и Джакомо Леопарди. Тем не менее денег было отчаянно не хватало, и Ахматовой также было трудно получить для Льва надлежащее образование, поскольку учреждения не желали принимать ребенка, отмеченного как «антисоветский» по ассоциации.

Тем временем все большее число ее друзей и коллег оказывалось жертвами сталинских чисток, и Ахматова постоянно знала о злонамеренном контроле со стороны государства. В 1922 году она поселилась у своего давнего друга, искусствоведа Николая Пунина. В начале 1930-х Пунин был арестован, но с помощью Пастернака Ахматовой удалось ходатайствовать о его освобождении. Примерно в то же время, как позже выяснилось, Ахматова находилась под постоянным надзором правительства, и было составлено обширное досье с доносами.Самый жестокий удар был нанесен в 1938 году, когда ее сын Лев был арестован и приговорен к пяти годам заключения в ГУЛАГе. Это скопление ужасов привело к созданию одного из ее величайших произведений, цикла стихов Реквием , написанного между 1935 и 1940 годами.

Анна Ахматова записала некоторые из своих стихов на пленку в 1950-е годы.

ИТАР-ТАСС

Вторая мировая война принесла временное облегчение террору, но заменила его еще большим ужасом в виде блокады Ленинграда, свидетелем которой Ахматова стала в первые месяцы.Она начала работу над своей «Поэмой без героя », которую она сама считала своим шедевром и над которой она будет работать в течение следующих 20 лет, посвящая ее жертвам осады. В 1942 году ее эвакуировали в Ташкент, где она страдала тифом, но в остальном активно участвовала в военных действиях, написав патриотические стихи, некоторые из которых даже попали на страницы Правды, и навещала раненых в военных госпиталях для чтения. . Она вернулась в Ленинград в 1944 году, чтобы засвидетельствовать ужасные разрушения, которые война нанесла ее любимому городу.

Ее сын Лев отбыл наказание в 1943 году и был отправлен прямо на передовую, пережил войну и даже двинулся на Берлин в 1945 году. Если и была хоть какая-то надежда на то, что победа положила конец семейным бедам, то это было быстро. В следующем году Ахматова была осуждена и исключена из Союза писателей вместе с чрезвычайно популярным сатириком Михаилом Зошенко новоназначенным комиссаром культуры Андреем Ждановым. Это исходило от человека, чья Доктрина, культурная политика СССР в последние годы жизни Сталина, была направлена ​​на то, чтобы свести все искусство к упаковке и маркетинговым материалам бессмысленной идеологии, уже совершенно лишенной ни интеллектуального содержания, ни морального авторитета. чрезвычайного статуса Ахматовой.Не имея возможности должным образом публиковаться более двух десятилетий, ее по-прежнему уважали, уважали и обожали. Исключительная ясность и бескомпромиссная честность, с которыми она когда-то записывала эмоциональные потрясения своей юности, одинаково эффективно служили для нее свидетелем чудовищных махинаций советского государства, давая ей моральный авторитет, против которого подобные Жданову могли только отреагировать. подростковая злоба.

Памятник Анне Ахматовой установлен во дворе языкового отделения Санкт-Петербурга.Петербургский государственный университет

Она продолжит расплачиваться. Лев был снова арестован в 1949 году и приговорен к еще десяти годам каторжных работ. В тщетной попытке добиться его освобождения Ахматова даже написала сборник стихов, восхваляющих Сталина, но безуспешно. Только в 1956 году и во время хрущевской оттепели Лев был освобожден и реабилитирован. При Хрущеве Ахматова начала восстанавливать свободу и получать официальное признание своего статуса. В 1958 году было опубликовано ее первое собрание сочинений, а в начале 1960-х годов появились новые сборники, хотя Реквием и Поэма без героя , возможно, ее величайшие зрелые произведения, не появлялись в печати до тех пор, пока она не умерла.Она начала работу по воссозданию произведений утраченных лет, удостоена государственных наград как в СССР, так и за рубежом. Ее посетили иностранные высокопоставленные лица, в том числе Исайя Берлин и Роберт Фрост, а в 1965 году ей разрешили поехать за границу во Францию ​​и Великобританию, где она была удостоена звания почетного доктора Оксфордского университета.

Ахматова умерла 5 марта 1966 года, когда лечилась от болезни сердца в санатории в Домодедово под Москвой. На ее похоронах присутствовали тысячи скорбящих, и она была похоронена на кладбище Св.Петербургский пригород Комарово, где она издавна имела дачу. Там и в своей квартире в Фонтанном Доме на набережной реки Фонтанки ее регулярно навещало молодое поколение художников и поэтов, в первую очередь Иосиф Бродский, который к моменту ее смерти начал свою изнурительную битву с государство, и который будет широко воспринят ее моральным и артистическим наследником.

Особенно в Санкт-Петербурге Ахматова остается фигурой всеобщего восхищения и привязанности.В ее честь есть два музея, из которых музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме, безусловно, является улучшенным и одним из самых популярных музеев города. Памятники ей установлены во дворе филологического факультета СПбГУ, перед общеобразовательной школой на улице Восстания и в саду Фонтанного дома. В 2006 году ей поставили памятник на набережной Робеспьера (ныне Воскресенская) прямо напротив тюрьмы «Кресты», где она была вынуждена проводить бесчисленные часы в очереди, чтобы услышать новости о своем сыне и других близких.

А Притчи 31 Взгляд на Новый год

Автор: Тим Бринкли

Ниже приводится переработка писаний, содержащихся в тридцать первой главе книги Притчей, начиная с десятого стиха. Вот кто мы есть и кем будем оставаться в 2021 году. С Новым годом всех!

Стихи 10-12
Кто найдет добродетельную и способную организацию? Так дороже рубинов. Сообщество может доверять такой организации и знать, что их жизнь значительно улучшится.Такая организация всегда будет приносить добро и никогда не причинит вреда, пока она существует.

Стихи 13-15
Петербургский женский дом всегда находит способ заставить жизнь работать. Мы подобны торговому кораблю, доставляющему добро издалека. Наша команда занята, встает рано, чтобы начать день раньше, чем наши дамы, и стратегически реализует распорядок дня, чтобы мы ориентировались на достижение цели.

Стихи 16-18.
Женский дом наделен способностью полагаться на собственные силы и вкладывать средства в будущее, несмотря на трудности.В каждом из нас есть энергия, сила и трудовая этика, и хотя многие встают рано, другие в нашей команде упорно продолжают работать всю ночь.

Стихи 19-21
Петербургский женский дом работает с инновациями. Мы благословляем всех, кого касаемся. Мы удовлетворяем человеческие потребности, обеспечивая безопасность, общение, заботу и любовь. Мы здесь, чтобы остаться, и мы не боимся того, что нас ждет впереди.

Verses 22-24
Ladies Home - это поистине элегантная жизнь с исключительной заботой.Влияние «Петербургского женского дома» простирается гораздо дальше, чем стены нашего дома или нашего городского квартала. Сообщество - это часть нас, и для нас большая честь быть частью нашего города.

Стихи 25-27
Петербургский женский дом имеет историю достоинства и силы. Наши основатели и лидеры были наполнены мудростью, смехом, добротой и наставлениями с момента нашего зачатия в 1925 году. В ответ на такой уровень качества наша команда заботится о том, чтобы все, что находится под нашей крышей, управлялось таким образом, чтобы способствовать красоте и демонстрировать превосходство.

Стихи 28-29
К сотрудникам и общественным партнерам, связанным с Женским домом, всегда относятся с уважением и заботой. Ladies Home делает все возможное, чтобы гарантировать, что все и все доведены до совершенства.

Стихи 30-31.
В то время как цветы могут увядать, а сады могут быть переделаны, Петербургский женский дом остается постоянным присутствием; тот, который чтит Бога, нашу страну и нашу общину. Давайте же продолжим оказывать влияние в этом новом году, поскольку мы смотрим в будущее.

Санкт-Петербург текст | Go Local СПб

Поделиться постом «День рождения Александра Пушкина».

О, блаженный, который в молодости был нежным

И блаженный, созревший в расцвете сил,

Кто научился терпеть без капитуляции

Холод жизни с течением времени… ’

Евгений Онегин. Александр Пушкин.Глава 8.

Я полагаю, что эти строки могут быть переданы их автору. Александр Пушкин, 214-летие которого мы празднуем сегодня в России, всегда был для меня воплощением жизни и признательностью всего, что он нам дает. Я всегда ассоциировал его с Моцартом, у которого была эта типичная для любого гения способность полностью посвятить себя всему, что он делал и выносил: стихам, любви, дружбе, учителям, красоте природы, честности. Как и Моцарт, он рано начал писать и в 15 лет успел опубликовать свое первое стихотворение.Как и Моцарт, он умер молодым, создав произведения, которые ни один мудрый и зрелый человек никогда не сможет повторить. Как и Моцарт, он был открытым, искренним и прямым, как ребенок. Как Моцарт, он был легким. Когда я читаю его стихи, я слышу всплески 40-й симфонии Моцарта и вижу мерцающие кружева его 21-го концерта до мажор. Музыка стихов Пушкина невесома, но достаточно мощна, чтобы довести до слез, потому что, начав играть, она попадает прямо в сердце. И вы подчиняетесь его ритму и метру, его скромной мудрости и его солнечной и в то же время грустной правде.

Чтобы прочувствовать все эти особенности пушкинского стихотворения и открыть свой путь его интерпретации, я бы порекомендовал вам прочитать самый известный и красивый стихотворный роман, написанный Пушкиным в 30-летнем возрасте. Роман называется «Евгений Онегин» и он рассказывает вам историю любви и дружбы, честности и верности. Более того, он предоставляет вам изысканные наблюдения автора за моментами его жизни, отношений и молодости. Это также дает вам глубокое представление о жизни русского дворянства 19 века, а также о жизни Санкт-Петербурга.Всего существует около 40 переводов стихотворения на английский язык, наиболее интересными и удачными, как мне кажется, являются произведения Владимира Набокова.

Не так давно один из моих любимых английских актеров Стивен Фрай записал свое прочтение романа, которое, как мне кажется, выполнено совершенно виртуозно! Итак, зайдите на http://www.fryreadsonegin.com/ и послушайте блестящее чтение Стивена Фрая!

Кстати, чтобы обогатить свои ощущения от стихотворения, вы можете послушать оперу «Евгений Онегин» великого русского композитора П.Чайковский. Он расскажет вам всю историю музыки.

Знаете, когда я думаю о Санкт-Петербурге, меня всегда поражает и вводит в заблуждение огромное количество произведений литературы и музыки, сочиненных и созданных в городе или, по крайней мере, вдохновленных им. Я имею в виду не только произведения Пушкина и Чайковского, но и произведения других творческих людей 19 века, таких как Достоевский и Гоголь, Глинка и Мусоргский, не говоря уже об авангардных живописцах 20 века, таких как Малевич, Кандинский или Шагал, или величайшие поэты и писатели ХХ века, такие как Бродский, Ахматова или Набоков, и это лишь некоторые из них.Все они внесли свой вклад в образ города, каждый добавил свои мазки на свой портрет. Дворцы, мосты и памятники застыли и отразились на страницах прозы и поэзии, обретая новую, несколько возвышенную и обогащенную сущность символа.

Одним из таких символов Санкт-Петербурга является памятник его основателю - Петру Великому. В 1830-х годах Пушкин посвятил этому памятнику повествовательную поэму, с тех пор он получил название «Медный всадник».Действие поэмы, озаглавленной Пушкинговым «Петербургская сказка», происходит во время наводнения 1824 года, одного из самых страшных и сильнейших наводнений, регулярно обрушившихся на город. Поэма открывается торжественной одой в честь Петра Великого и основанного им города. Все российские дети знают их наизусть:

  Люблю тебя, творение Петра великое,
Мне нравится твой взгляд на суровость и грацию,    
Царственное шествие невской волны,
Серый гранит - платье ее банка,  
Забор чугунный воздушный,  
Нежный прозрачный полумрак,
Безлунный отблеск беспокойных ночей твоих,
Когда я так легко читаю и пишу
Без лампы в моей комнате одиноко,
И виден камень каждого огромного здания
Из левых улиц и так ярко  
Шпиль Адмиралтейства,
И когда, не допуская темноты ночи
Чтобы достичь высоты золотого неба,
Спешит заря после заката -
И полчаса на ночь. 

На первый взгляд, это печальная история любви бедного писаря Евгения и его любимой девушки Параши. Бушующее на Неве наводнение застает главного героя в центре города, на Сенатской площади, где ему удается спастись, забравшись на мраморного льва. И статуя Петра, «идол на бронзовом коне», оказывается чуть ли не летящим над «возмущенной Невой», будучи сильнее стихии… После того, как буря отступает, Егений обнаруживает, что в доме его бедной возлюбленной есть было смыто, а Параша пропала.Ее смерть становится таким невыносимым горем для молодого человека, что он сходит с ума и присоединяется к толпам городских бездомных, живущих на подаяние.

Каким бы простым ни казался сюжет, чтобы не передать дух города и его мистическую природу, нам нужно глубже погрузиться в сюжет. И если мы это сделаем, то увидим, что «Медный всадник» представляет не только Петра Великого, но, как выразился один из российских историков культуры Соломон Волков, «само государство и практически любую форму власти - и, в более широком смысле, творческая воля и сила, от которых зависит общество, но которые также неизбежно вступают в противоречие с простыми мечтами и желаниями его членов, ничтожных Евгений и Парашасов » (Волков, Соломон.Санкт-Петербург: история культуры, 1995, с.6). Размышляя над этим, Соломон Волков поднимает спорный вопрос: что важнее - судьба человека или триумф города и государства.

Надо сказать, этот вопрос всегда был актуален в Санкт-Петербурге. Самодержавный провидец Петр Великий, одержимый только своей большой идеей построить новый город в качестве ворот в западную литературу на берегу Финского залива, не особо заботился о цене, которую ему пришлось заплатить за свой проект.Говорят, Петербург стоит на слезах и трупах строивших его - крестьян, солдат, каторжников ... Условия, в которых приходилось работать людям, были невыносимы: «залитый проливными дождями, на него напали комары, негодяи колотились». деревянные сваи в болотистую землю »(Волков, Соломон. Санкт-Петербург: история культуры, 1995, с.11). На самом деле никто не заботился о них и не отслеживал людей, умирающих там. Таким образом, мы можем утверждать, что противоречие между людьми и интересами государства лежит в самой природе и духе города.«Медный всадник» Пушкина - одна из попыток разрешить эту моральную дилемму.

Я верю, что если вы прочтете хотя бы эти два великих произведения Пушкина, вы поймете, почему мы называем его нашим русским Шекспиром, и сможете отдать дань уважения его Гениальности так, как я это делаю сегодня, в день его день рождения…

Петербург Ахматовой | Шэрон Лейтер

Список Penn Press на весну 2021 года включает выпуски в твердом переплете, впервые в мягкой обложке и издания электронных книг, предназначенные для ученых, студентов и серьезных читателей во всем мире.Щелкните здесь, чтобы ознакомиться с нашими будущими книгами, сгруппированными по предметным областям.

Шэрон Лейтер

224 страницы | 5 1/2 x 8 1/4 | 7 илл.
Ткань 1983 | ISBN 9780812278644 | $ 79.95s | За пределами Северной и Южной Америки £ 64,00
Электронная книга 2018 | ISBN 9781512817553 | Купить у объединенных академических издательств 64,00 £
Юбилейный сборник, том

"Научное и творческое исследование тем [Ахматовой], ее друзей и ее поэзии в отношении города, который с момента его основания Петром Великим вызывал такое очарование у русских поэтов и писателей.- New York Review of Books

«Чрезвычайно продуктивный новый подход, настоятельно рекомендуется для специалистов и информированных читателей» - Library Journal

В поэзии Анны Ахматовой миф о Петербурге XIX века, как проклятый , нереальный город, фильтруется через видение поэта, рожденного в императорской России и предназначенного противостоять ужасам советской власти. Возникающий город олицетворяет утраты и беспорядки, преемственность и чудесное выживание. Это «научное и творческое исследование» ( New York Review of Books ) убедительно демонстрирует, что добрая часть стихов Ахматовых никогда не могла быть написана без петербургской среды.

Шэрон Лейтер защитила докторскую диссертацию. получил степень по славянским языкам и литературе в Мичиганском университете и преподавал русскую литературу в Университете Вирджинии. Она является автором сборника стихов « Леди и судебный исполнитель» и лауреатом премии Вирджинии в области художественной литературы. Ее стихи и рассказы публиковались в крупнейших литературных ежеквартальных изданиях.

Перейти в корзину | Просмотрите заголовки Penn Press в литературе и культурологии | Присоединяйтесь к нашему списку рассылки

Путешествие из Санкт-Петербурга.Санкт-Петербург - Москва (Российская библиотека): 9780231185912: Радищев, Александр, Рейфман, Ирина, Кан, Андрей: Книги

Сочетая глубокую лингвистическую изысканность с завидным литературным стилем, Эндрю Кан и Ирина Рейфман, два из самых уважаемых сегодня знатоков русской литературы, создали окончательный перевод классического революционного крика Радищева «cri de coeur». - Дуглас Смит, автор книги Распутин: вера, сила и закат Романовых

Путешествие из Санкт-Петербурга.От Петербурга до Москвы - выдающийся памятник просветительской мысли в России. Выдающиеся ученые Ирина Рейфман и Эндрю Кан умело перевели архаичный, высокий стиль Радищева, чтобы усилить эмоциональный пафос и противопоставить официальную риторику реальности человеческих страданий. То, что эта важная работа снова доступна на английском языке, - повод для радости. - Маркус К. Левитт, автор книги Визуальная доминанта в России восемнадцатого века

Путешествие из Санкт-Петербурга.«Петербург в Москву » предлагает тревожный отчет о русской цивилизации в конце восемнадцатого века, критику, которая намеренно архаична по своему стилю и в высшей степени созвучна политическим и социальным тревогам современности. Рейфман и Кан не могли найти лучшего времени, чтобы возродить классику Радищева в их удивительно ясном и читаемом переводе. - Люба Гольбурт, автор книги Первая эпоха: восемнадцатый век и российское культурное воображение

Это очень нужный и давно назревший новый перевод с очень информативным введением и полезными аннотациями влиятельной книги Радищева, мастерски выполненный двумя ведущие специалисты по русской литературе XVIII века.В переводе сохранены элементы идиосинкразического стиля Радищева, но без излишней архаичности, что является заметным достижением. - Валерия Соболь, автор книги « Febris Erotica: Любовная тоска в русском литературном воображении»

Ценный взгляд на Россию в годы, предшествовавшие ее литературному возрождению XIX века. - Киркус Обзоры

[Радищев] создает виртуозный художественный путеводитель, сочетающий философию, поэзию и политические идеалы Просвещения в недвусмысленном осуждении крепостного права, цензуры и коррупции.. . Разнообразный, увлекательный и глубоко впечатляющий. . . Внимательный новый перевод Кана и Рейфмана является благом для англоязычных читателей. - Publishers Weekly

Journey остается актуальным, поскольку в обвинительном заключении фигурирует автор, рассказчик и читатель. . . Проницательность, позволяющая понять, откуда на самом деле берется хлеб насущный, изобретательность в изобретении идиомы, чтобы выразить его, и мученическая смерть, которую в результате сломило государство, - вот непреходящее наследие Александра Радищева Journey .- Times Literary Supplement

[Эта книга] станет важным дополнением к курсам по русской литературе и истории и европейскому просвещению. Но книгу Радищева Journey стоит прочесть всем, кто пытается согласовать веру в добродетель человечества с реальностью структурной несправедливости, которая в такой же степени является основой современного американского общества, как и имперского российского общества в 1790 году. Рейфман и Kahn сохранили странный, неестественный стиль картины Journey from St.От Петербурга до Москвы , а также запечатлел резкое моральное возмущение, которое мотивировало его написание. - Harvard Review

Увлекательное и занимательное чтение. - Книжные бродяги Каггси

Александр Радищев родился в 1749 году в небогатой дворянской семье и начал писать стихи и прозу в 1780-х годах. В 1790 году, после публикации « Путешествие из Петербурга в Москву» вызвало бурю негодования, он был арестован и приговорен к смертной казни перед ссылкой в ​​Сибирь.Царь Павел разрешил ему вернуться, а Александр I простил его и назначил в Комиссию по разработке новых законов. Радищев покончил жизнь самоубийством в 1802 году.

Эндрю Кан - профессор русской литературы в Оксфордском университете и научный сотрудник Сент-Эдмунд-Холла в Оксфорде.

Ирина Рейфман - профессор русской литературы факультета славянских языков Колумбийского университета.

Новости об открытии церквей из Санкт-Петербурга, Флорида

Деррик Филлипс - выпускник резиденции Riv Church Planting.Чуть больше года назад он и его семья покинули солнечный Лансинг, чтобы основать церковь в Санкт-Петербурге, штат Флорида. Вот как Бог работает с тех пор.

В сентябре 2013 года я ехал на встречу по сбору средств в Дареме, Северная Каролина, и наткнулся на светофор на Т-образном перекрестке, где прямо передо мной стояла церковь. В этой церкви была вывеска на доске для чтения, на которой сообщение менялось при случае, и я вспомнил, живя там несколько лет назад, что они помещали на нее эти причудливые маленькие религиозные высказывания.Однако слова на вывеске, когда я сидел у светофора, на этот раз не были клише. Это был просто короткий текст из 127-го псалма:

.

Если Господь не построит дома,
строящие его трудятся напрасно.
- Пс. 127: 1

Это было все сообщение на вывеске. Половина стиха. Вступительная фраза из одной из песен восхождения Соломона.

По указателям он не был особенно ярким - на самом деле, вероятно, для этого, вероятно, потребовалась небольшая электрическая мойка, - но в сообщениях была прямолинейность и ясность.Эти тринадцать слов стали для меня постоянным напоминанием о том, что эта работа по насаждению церквей, которой мы занимаемся, - это работа Господа. Не так, как люди смотрят на служение как на «дело Господа» по сравнению с другими призваниями, которые являются просто «светской работой», а так, что буквально требует активного участия Бога, чтобы иметь какое-либо долговременное влияние. Я благодарен за напоминание о Священных Писаниях, которое снова и снова освежает мой разум и заставляет меня ясно думать о том, что на самом деле происходит здесь, в Св.Петербург, Флорида.

За те 16 месяцев, что мы здесь, мы увидели реальное свидетельство Божьей благодати в действии для построения Его церкви. Когда мы впервые переехали сюда, мы почти никого не знали. За этот короткий период времени мы установили значимые и важные связи как с христианами, так и с нехристианами; деловые люди, соседи, новички и постоянные жители.

Одно из этих важных связей было с основателем церквей по имени Эмилио, который проработал здесь 2 года, сначала в кампусе USF St.Петербург и в город, окружающий кампус. Эмилио был пастором сети Деяний 29 с заграничным миссионерским желанием, которое было приостановлено, когда он работал в Санкт-Петербурге, чтобы основать новую церковь и пасти ее. Однажды в Starbucks возле кампуса Эмилио остановился посреди нашего разговора. Я спросил его: "О чем ты думаешь, чувак?" Еще через несколько секунд он спросил: «Что бы вы подумали о слиянии вместе?» Этот вопрос положил начало пятимесячному процессу встреч, молитв, заданий новых вопросов и, в конечном итоге, решения объединить наши усилия в основании церквей.

Это «слияние» теперь произошло полностью, и мы проходим через переходный процесс, который в конечном итоге приведет к тому, что мы отправим Эмилио отсюда, чтобы он был миссионером на «край земли» (Деяния 1: 8), а я остаюсь руководить церковью и пасти ее. В этом процессе наша индивидуальная работа в Евангелии объединилась, чтобы отразить истину о том, что Господь строит дом. Ни один из нас никогда не планировал что-то подобное, когда мы приехали в Санкт-Петербург независимо друг от друга, но Божий план для Его церкви в этом городе включал соединение нескольких путей, чтобы достичь желаемой цели - достигать все больше и больше людей с помощью Евангелие через служение поместной церкви.Возможно, вы уже слышали или не слышали об этом, если вы получаете наши обновления или время от времени просматриваете мой веб-сайт, но я снова делюсь этим, чтобы узнать больше и получить больше хвалы к Богу, который прекрасно разрабатывает свой план для наших живет и для людей этого города.

По мере того, как мы продвигаемся вперед с этого момента, мы работаем над тем, чтобы твердо установить в церкви культуру, основанную на Евангелии, где нам постоянно указывают на благую весть о работе Христа для нас. Мы хотим упорно трудиться, чтобы подготавливать учеников, развивать лидеров и, в конечном итоге, основывать больше церквей.Это начинается в наших городских группах по всему Санкт-Петербургу, с нашего стремления подготавливать учеников и с публичной проповеди слова Божьего неделю за неделей, когда мы собираемся. Мы наблюдаем рост темпов, и слухи распространяются по мере того, как все больше людей узнают об Иисусе, а другие возрастают в своем желании обратиться к соседям, одноклассникам, членам семьи и коллегам.

Санкт-Петербург - это город, который находится в движении, повсюду появляются новые признаки роста, поскольку люди переезжают сюда по множеству причин. В масштабах города предпринимаются попытки создать новую идентичность и направление для этого когда-то сонного убежища для пенсионеров у залива.Мы очень надеемся, что Иисус станет частью возрождения этого места, которую трудно игнорировать, и что его сердце для заблудших приведет к тому, что многие из его потерянных сыновей и дочерей будут спасены, восстановлены и отправлены обратно на миссию в город Питер.

Следующие несколько месяцев будут чрезвычайно важными в жизни этой молодой церкви. Нам нужно будет найти новое пространство для встреч, надеясь на более постоянное решение наших потребностей в этой области. Мы также будем работать над постепенной сменой руководства, которая, безусловно, принесет много изменений сама по себе.Вдобавок к этому мы находимся на разделительной линии, так сказать, по размеру церкви, с нашей нынешней средней посещаемостью около 55 человек. Мы работаем над изменениями в том, как мы организуемся, чтобы лучше подходить для заботы и руководства теми, кто называет Алетейю Санкт-Петербург своим домом, и быть готовыми приветствовать тех, кто идет нам навстречу.

Мы будем рады приветствовать вас в молитве о том, чтобы Бог спас грешников и примирил людей с Собой здесь, в Санкт-Петербурге. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам в молитве о том, чтобы Иисус прославился в нашем городе, когда он растет и обретает свой голос в быстро меняющейся среде.Мы можем видеть доказательства того, что Иисус строит свою церковь, он собирает христиан вместе, чтобы они выполняли здесь миссию, в то время как других привлекают в этот район по своим собственным причинам. Мы хотим проповедовать Евангелие словом и делом этим новым жителям, а также сотням тысяч существующих «Бюргеров», но мы не можем добросовестно делать это без его помощи.

Если вы хотите следить за нашими потребностями в молитвах или пожертвованиях или просто присмотреться к церковному фонду, которому Ривервью служил разными способами, пожалуйста, проверьте это на моем веб-сайте www.derrick-dp.com, на сайте церкви www.aletheiastpete.com или в Facebook, Twitter и Instagram.

Спасибо за чтение, Rivites! Наслаждайся своей весной, и пусть Бог мира наделит тебя всем добром, чтобы ты мог творить Его волю, совершая в тебе то, что угодно Ему, через Иисуса Христа, Которому слава во веки веков. Аминь. (Евр.13: 20-21)

Изображение предоставлено: Джейми Беверли

случайный отрывок санкт-петербург эт


Вы можете изучать библейские пророчества и открывать скрытые истины Священного Писания (римлянам 9 reno nv), когда вы изучаете их каждый день.Книга Исхода (римлянам 9 reno nv) была написана между 1450 и 1410 годами до нашей эры. Существуют онлайн-курсы по Библии (римлянам 9 reno nv), которые можно изучать из любой точки мира. Вы узнаете, что католические профессора, такие как Мартин Лютер, поднялись (римляне 9 reno nv), чтобы протестовать против католической церкви, потому что доктрины не соответствовали Библии.

Если вы искали (римлянам 9 reno nv) ресурсы для изучения библейских стихов, у нас есть для вас отличный вариант. Когда вы ищете божественного руководства, (римлянам 9 Reno nv) обращайтесь к Библии.Люди по своей природе социальные существа, и они общительные существа (римлянам 9, рено нв), которым необходимо жить вместе с другими людьми такого же типа. Если вы хотите узнать, как сделать свою жизнь лучше, поищите ответы (к римлянам 9 reno nv) в своем изучении Библии.

Если вы хотите услышать историю Бога, вы можете найти много информации на нашем сайте. Интересно, что большинство людей, написавших (1 Коринфянам 8 Феникс, штат Аризона) Библию, не были живы в то же время. Книга Бытия была написана и адресована народу Израиля (стихи из Библии для благословения Бирмингема на дни рождения).Вы найдете некоторые побуждающие к размышлениям идеи для обсуждения (стих дня питтсбург, штат Пенсильвания), когда вы посмотрите мои видео со стихами из Библии. Если вы (сегодня читаете Библию) ищете ответы в своей жизни, поищите ответы на моем сайте.

Случайное Священное Писание, Санкт-Петербург, Флорида

Если вы ищете одно из самых популярных онлайн-библейских исследований, поищите в Интернете («Доспехи бога», «Священное Писание»). Если вы хотите по книге (стих из Библии о том, как быть хорошим отцом corpus christi texas) изучать Библию, вы можете очень легко сделать это онлайн.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *