Рисунок к сказке о мертвой царевне и о семи богатырях 5 класс – Какой рисунок нарисовать к “Сказке о мертвой царевне и семи богатырях”?

Царевна в хрустальном гробу. Иллюстрация к сказке А.С. Пушкина «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» – Серов В. А. :: Артпоиск

Царевна в хрустальном гробу. Иллюстрация к сказке А.С. Пушкина «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» – Серов В. А. :: Артпоиск – русские художники

Царевна в хрустальном гробу. Иллюстрация к сказке А.С. Пушкина «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях».

    • Название
      Царевна в хрустальном гробу. Иллюстрация к сказке А.С. Пушкина «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях»
    • Год создания
      1951—1953
    • Материал
      Бумага, темпера
    • Размер
      32,2 х 27,8
    • Собрание

  • Все работы автора Всего: 154

Отзывы

artpoisk.info

Ещё одна сказка Пушкина на открытках. Палех.

А.С. Пушкин. Сказка о мёртвой царевне и о семи богатырях.
Палех. Художник А. Куркин. “Советский художник”, 1968.

15 открыток:


…И царица у окна
Села ждать его одна.


“Свет мой, зеркальце! скажи,
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?”


И жених сыскался ей,
Королевич Елисей.


… Весть царевну в глушь лесную
И, связав её, живую
Под сосной оставить там
На съедение волкам.


…Не убила, не связала,
Отпустила и сказала:
“Не кручинься, бог с тобой”.


Королевич Елисей,
Помолясь усердно богу,
Отправляется в дорогу
За красавицей-душой,
За невестой молодой.


Но невеста молодая,
До зари в лесу блуждая,
Между тем всё шла да шла
И на терем набрела.


И царевна к ним сошла,
Честь хозяям отдала;
В пояс низко поклонилась,
Закрасневшись, извинилась,
Что-де в гости к ним зашла,
Хоть звана и не была.


Перед утренней зарёю
Братья дружною толпою
Выезжают погулять,
Серых уток пострелять,
Руку правую потешить…


“… Ради скуки
Кушай яблочко, мой свет.
Благодарствуй за обед…”


Перед мёртвою царевной
Братья в горести душевной
Все поникли головой…


К красну солнцу наконец
Обратился молодец…


Елисей, не унывая,
К ветру кинулся, взывая:
“Ветер, ветер! Ты могуч,
Ты гоняешь стаи туч….”


В руки он её берёт
И на свет из тьмы несёт…


И с невестою своей
Обвенчался Елисей.

ussr-postcards.livejournal.com

Советские открытки. Набор открыток “Сказка о мёртвой царевне и семи богатырях” А.С. Пушкин.1968 год

Наверное, с этого комплекта открыток, из маминой коллекции, началось моё знакомство с произведениями Александра Сергеевича Пушкина и очарование палехской росписью.
Иллюстрации к Сказке о мёртвой царевне и семи богатырях созданы художником Александром Михайловичем Куркиным (1916 – 2003).
Александр Михайлович  родом из казачьей семьи из хутора Сибилев Ростовской губернии. Родители не одобряли желание сына стать художником и поэтому он отравился учиться в железнодорожное училище города Каменска, но  в 1935 году всё же поступил в Палехское художественное училище.
С 1940-го года он приступил к работе в Палехских художественных мастерских, но в апреле 1941 года ушёл служить в армию, прошёл всю войну и с боевыми наградами вновь вернулся в Палех.
Занимался монументальной живописью, театрально-декорационным искусством (оформление оперы “Золотой петушок”; для Саратовского театра оперы и балета им. Н.Г.Чернышевского (1946-1947), балета “Сказка о мёртвой царевне”; для Ленинградского Малого оперного академического театра (1949), спектакля “Красные дъяволята”; Московского драматического театра им. Н.В.Гоголя (1960-1961) под руководством Н.М.Парилова, росписью мебели, книжной иллюстрацией (альбомы “Сказка о царе Салтане”; (1972), “Русские народные сказки”, “Смело мы в бой пойдём”). Тематика произведений: фольклор, история, литература, жанровые сцены, Красная Армия, освоение космоса. Участвовал в выставках с 1955 года.
Работы А.М.Куркина хранятся во многих государственных музеях России.



И царица у окна
Села ждать его одна.

Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?

И жениж сыскался ей,
Королевич Елисей.

Весть царевну в глушь лесную…

Не убила, не связала,
Отпустила и сказала:
“Не кручинься, бог с тобой”.

Королевич Елисей,
Помолясь усердно богу,
Отправляется в дорогу
За красавицей-душой,
За невестой молодой.

Но невеста молодая,
До зари в лесу блуждая,
Между тем всё шла да шла
И на терем набрела.

И царевна к ним сошла,
Честь хозяям отдала

Перед утренней зарею
Братья дружною толпою
Выезжают погулять,
Серых уток пострелять.

Кушай яблочко, мой свет.

Перед мёртвою царевной
Братья в горести душевной
Все поникли головой.

К Красну солнцу наконец
Обратился молодец.

Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?

Елисей, не унывая,
К ветру кинулся, взывая:
“Ветер, ветер! ты могуч,
ты гоняешь стаи туч.

В руки он ее берет
И на свет из тьмы несет.

И с невестою своей
Обвенчался Елисей.

tomila02.livejournal.com

Урок по ИЗО “Иллюстрирование сказки А.С. Пушкина “Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях””.

Развивающие:

  • Развивать у учащихся творческое мышление при выборе композиции иллюстрации

  • Развивать у учащихся логическое мышление при создании изобразительных образов во время прослушивания фонограммы сказки А С Пушкина.

Воспитательные:

Оборудование: компьютер, интерактивная доска, проектор, презентация по теме, фонограмма сказки А.С. Пушкина.

План урока:

  1. Организационный момент – 2 мин

  1. Объяснение новой темы – 10 мин.

  1. Самостоятельная работа – 25 мин.

  2. Подведение итогов урока и домашнее задание – 3 мин

ХОД УРОКА:

  1. Организационный момент. Приветствие учеников.

  1. Объяснение творческой задачи:

Объявление темы урока.

Объяснить учащимся особенности работы художника-иллюстратора. На иллюстрации должен быть изображен один из значимых моментов сюжета литературного произведения. Глядя на иллюстрацию, зритель должен безошибочно определить, какой момент изображен на рисунке. Т.е. художник должен сделать то же самое, что и автор литературного текста, но использовать для этого другие изобразительные средства – линию, штрих, цвет, контраст, колорит и т.д.

(Демонстрация слайдов с иллюстрациями к печатным изданиям этой сказки, детских рисунков и т.д.)

Для того чтобы достичь этого, нужно внимательно изучить содержание сказки, внимательно ознакомиться с авторским текстом. Особенно отметить те моменты сказки, где А.С. Пушкин дает характеристику героям, т.е. их словесный портрет. Как описывает он их характер. Как описывает автор отдельные моменты сказки, описывает окружающую природу и т.д.

Немаловажно при работе выбрать определенный стиль, которого придерживаться на всех этапах создания рисунка, например, для сказки более подходит стилизация образов в народном стиле, используя народные орнаменты (для декорирования рисунка), старинную русскую архитектуру (царский терем, дом богатырей), старорусский шрифт для надписей и т.д. стилизовать художественные образы героев сказки (положительные или отрицательные). Елисей в сказке обращается к ветру, солнцу, месяцу, т.е. автор отождествляет их с человеком, наделяет их человеческими чертами, характерами. Очень важно постараться выразительно передать эти черты на рисунке.

Далее постараться создать иллюстрацию к сказке, прослушав и обобщив текстовую информацию.

Для изучения этой темы целесообразно использовать два урока. На первом уроке учитель объясняет творческое задание, демонстрирует иллюстрации на доске-экране, учащиеся прослушивают фонограмму сказки и выполняют наброски будущей иллюстрации.

Домашнее задание: окончательно определиться со стилем иллюстрации, сюжетом, завершить создание художественных образов.

На втором уроке учащиеся выполняют окончательный вариант рисунка-иллюстрации к замечательной сказке А.С. Пушкина «Сказка о мертвой царевне и о семи богатырях».

В конце второго занятия подведение итогов, выставление оценок, выставка наиболее удачных работ учащихся.

infourok.ru

О мертвой царевне и семи богатырях

Царь с царицею простился,
В путь-дорогу снарядился,
И царица у окна
Села ждать его одна.
Ждет-пождет с утра до ночи,
Смотрит в поле, инда очи
Разболелись глядючи
С белой зори до ночи;
Не видать милого друга!
Только видит: вьется вьюга,
Снег валится на поля,
Вся белешенька земля.

Девять месяцев проходит,
С поля глаз она не сводит.
Вот в сочельник в самый, в ночь
Бог дает царице дочь.

  
  

 Рано утром гость желанный,
День и ночь так долго жданный,
Издалеча наконец
Воротился царь-отец.
На него она взглянула,
Тяжелешенько вздохнула,
Восхищенья не снесла,
И к обедне умерла.

Долго царь был неутешен,
Но как быть? и он был грешен;
Год прошел как сон пустой,
Царь женился на другой.
Правду молвить, молодица
Уж и впрямь была царица:
Высока, стройна, бела,
И умом и всем взяла;
Но зато горда, ломлива,
Своенравна и ревнива.

 Ей в приданое дано
Было зеркальце одно;
Свойство зеркальце имело:
Говорить оно умело.

С ним одним она была
Добродушна, весела,
С ним приветливо шутила
И красуясь говорила:
“Свет мой, зеркальце! скажи,
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?”
И ей зеркальце в ответ:
“Ты, конечно, спору нет;
Ты, царица, всех милее,
Всех румяней и белее”.

И царица хохотать,
И плечами пожимать,
И подмигивать глазами,
И прищелкивать перстами,
И вертеться подбочась,
Гордо в зеркальце глядясь.

 

 

 

Но царевна молодая,
Тихомолком расцветая,
Между тем росла, росла,
Поднялась – и расцвела,
Белолица, черноброва,
Нраву кроткого такого.
И жених сыскался ей,
Королевич Елисей.
Сват приехал, царь дал слово,
А приданое готово:
Семь торговых городов,
Да сто сорок теремов.

На девичник собираясь,
Вот царица наряжаясь
Перед зеркальцем своим,
Перемолвилася с ним:
“Я ль, скажи мне, всех милее,
Всех румяней и белее?”
Что же зеркальце в ответ?
“Ты прекрасна, спору нет;
Но царевна всех милее,
Всех румяней и белее”.

 Как царица отпрыгнет,
Да как ручку замахнет,
Да по зеркальцу как хлопнет,
Каблучком-то как притопнет!…

 “Ax ты, мерзкое стекло!
Это врешь ты мне на зло.
Как тягаться ей со мною?
Я в ней дурь-то успокою.
Вишь какая подросла!
И не диво, что бела: –
Мать брюхатая сидела,
Да на снег лишь и глядела!
Но скажи: как можно ей
Быть во всем меня милей?
Признавайся: всех я краше.
Обойди всё царство наше,
Хоть весь мир; мне ровной нет.
Так ли?” Зеркальце в ответ:
“А царевна всё ж милее,
Всё ж румяней и белее”.

  

 

 

Делать нечего. Она,
Черной зависти полна,
Бросив зеркальце под лавку,
Позвала к себе Чернавку,
И наказывает ей,
Сенной девушке своей,
Весть царевну в глушь лесную
И, связав ее, живую
Под сосной оставить там
На съедение волкам.
Чорт ли сладит с бабой гневной?
Спорить нечего. С царевной
Вот Чернавка в лес пошла

И в такую даль свела,
Что царевна догадалась,
И до смерти испугалась,
И взмолилась: “Жизнь моя!
В чем, скажи, виновна я?
Не губи меня, девица!
А как буду я царица,
Я пожалую тебя”.

Та, в душе ее любя,
Не убила, не связала,
Отпустила и сказала:
“Не кручинься, бог с тобой.”
А сама пришла домой.
“Что? – сказала ей царица, –
Где красавица-девица?”
– “Там, в лесу, стоит одна, –
Отвечает ей она. –
Крепко связаны ей локти;
Попадется зверю в когти,
Меньше будет ей терпеть,
Легче будет умереть”.

И молва трезвонить стала:
Дочка царская пропала!
Тужит бедный царь по ней,
Королевич Елисей,
Помолясь усердно богу,
Отправляется в дорогу
За красавицей-душой,
За невестой молодой.

 

 

 Но невеста молодая,
До зари в лесу блуждая,
Между тем всё шла да шла
И на терем набрела.
Ей на встречу пес, залая,
Прибежал и смолк, играя.
В ворота вошла она –
На подворье тишина.
Лес бежит за ней, ласкаясь,
А царевна, подбираясь,
Поднялася на крыльцо
И взялася за кольцо;
Дверь тихонько отворилась,
И царевна очутилась
В светлой горнице; кругом
Лавки, крытые ковром,
Под святыми стол дубовый,
Печь с лежанкой изразцовой.

Видит девица, что тут
Люди добрые живут;
Знать, не будет ей обидно! –
Никого меж тем не видно.

Дом царевна обошла,
Всё порядком убрала,
Засветила богу свечку,
Затопила жарко печку,
На полати взобралась
И тихонько улеглась. 
Час обеда приближался,
Топот по двору раздался:
Входят семь богатырей,
Семь румяных усачей.
Старший молвил: “Что за диво!
Всё так чисто и красиво.
Кто-то терем прибирал,
Да хозяев поджидал.
Кто же? Выдь и покажися,
С нами честно подружися.
Коль ты старый человек,
Дядей будешь нам навек.
Коли парень ты румяный,
Братец будешь нам названый.
Коль старушка, будь нам мать,
Так и станем величать.
Коли красная девица,
Будь нам милая сестрица”.
 

 

  И царевна к ним сошла,
Честь хозяям отдала,
В пояс низко поклонилась;
Закрасневшись, извинилась,
Что-де в гости к ним зашла,
Хоть звана и не была.
Вмиг по речи те спознали,
Что царевну принимали;
Усадили в уголок,
Подносили пирожок;
Рюмку полну наливали,
На подносе подавали.
От зеленого вина
Отрекалася она;
Пирожок лишь разломила,
Да кусочек прикусила,
И с дороги отдыхать
Отпросилась на кровать.
Отвели они девицу
Вверх во светлую светлицу,
И оставили одну
Отходящую ко сну.
 День за днем идет, мелькая,
А царевна молодая
Всё в лесу; не скучно ей
У семи богатырей.
Перед утренней зарею
Братья дружною толпою
Выезжают погулять,
Серых уток пострелять,
Руку правую потешить,
Сорочина в поле спешить,
Иль башку с широких плеч
У татарина отсечь,
Или вытравить из леса
Пятигорского черкеса.
А хозяюшкой она
В терему меж тем одна
Приберет и приготовит.
Им она не прекословит,
Не перечут ей они.
Так идут за днями дни.
 

 

 Братья милую девицу
Полюбили. К ней в светлицу
Раз, лишь только рассвело,
Всех их семеро вошло.
Старший молвил ей: “Девица,
Знаешь: всем ты нам сестрица,
Всех нас семеро, тебя
Все мы любим, за себя
Взять тебя мы все бы ради,
Да нельзя, так бога ради,
Помири нас как нибудь:
Одному женою будь,
Прочим ласковой сестрою.
Что ж качаешь головою?
Аль отказываешь нам?
Аль товар не по купцам?”
“Ой вы, молодцы честные,
Братцы вы мои родные, –
Им царевна говорит: –
Коли лгу, пусть бог велит
Не сойти живой мне с места.
Как мне быть? ведь я невеста.
Для меня вы все равны,
Все удалы, все умны,
Всех я вас люблю сердечно;
Но другому я навечно
Отдана. Мне всех милей
Королевич Елисей”. 
Братья молча постояли,
Да в затылке почесали.
“Спрос не грех. Прости ты нас,
Старший молвил поклонясь:
Коли так, не заикнуся
Уж о том”. – “Я не сержуся, –
Тихо молвила она: –
И отказ мой не вина”.
Женихи ей поклонились,
Потихоньку удалились,
И согласно все опять
Стали жить да поживать.
 

 Между тем царица злая,
Про царевну вспоминая,
Не могла простить ее,
А на зеркальце свое
Долго дулась и сердилась;
Наконец об нем хватилась
И пошла за ним, и сев
Перед ним, забыла гнев,
Красоваться снова стала
И с улыбкою сказала:
“Здравствуй, зеркальце! скажи,
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?”
И ей зеркальце в ответ:
“Ты прекрасна, спору нет;
Но живет без всякой славы,
Средь зеленыя дубравы,
У семи богатырей
Та, что всё ж тебя милей”.
 И царица налетела
На Чернавку: “Как ты смела
Обмануть меня? и в чем!…”
Та призналася во всем:
Так и так. Царица злая,
Ей рогаткой угрожая,
Положила иль не жить,
Иль царевну погубить. 

Раз царевна молодая,
Милых братьев поджидая,
Пряла, сидя под окном.
Вдруг сердито под крыльцом
Пес залаял, и девица
Видит: нищая черница
Ходит по двору, клюкой
Отгоняя пса. “Постой,
Бабушка, постой немножко, –
Ей кричит она в окошко:
Пригрожу сама я псу
И кой-что тебе снесу”.

  

 

 

Отвечает ей черница:
“Ох ты, дитятко девица!
Пес проклятый одолел,
Чуть до смерти не заел.
Посмотри, как он хлопочет!
Выдь ко мне”. – Царевна хочет
Выдти к ней и хлеб взяла,
Но с крылечка лишь сошла,
Пес ей под ноги – и лает,
И к старухе не пускает;
Лишь пойдет старуха к ней,
Он, лесного зверя злей,
На старуху. “Что за чудо?
Видно, выспался он худо, –
Ей царевна говорит: –
На ж, лови!” – и хлеб летит.
Старушонка хлеб поймала;
“Благодарствую, – сказала, –
Бог тебя благослови;
Вот за то тебе, лови!”

И к царевне наливное,
Молодое, золотое,
Прямо яблочко летит….
Пес как прыгнет, завизжит…..

Но царевна в обе руки
Хвать – поймала. “Ради скуки
Кушай яблочко, мой свет –
Благодарствуй за обед….” –
Старушоночка сказала,
Поклонилась и пропала…
И с царевной на крыльцо
Пес бежит и ей в лицо
Жалко смотрит, грозно воет
Словно сердце песье ноет,
Словно хочет ей сказать:
Брось! – Она его ласкать,
Треплет нежною рукою;
“Что, Соколко, что с тобою?
Ляг!” – и в комнату вошла,
Дверь тихонько заперла,
Под окно за пряжу села
Ждать хозяев, а глядела
Всё на яблоко. Оно
Соку спелого полно,
Так свежо и так душисто,
Так румяно-золотисто,
Будто медом налилось!
Видны семечки на сквозь…
 

 Подождать она хотела
До обеда; не стерпела,
В руки яблочко взяла,
К алым губкам поднесла,
Потихоньку прокусила,
И кусочек проглотила….
Вдруг она, моя душа,
Пошатнулась не дыша,
Белы руки опустила,
Плод румяный уронила,
Закатилися глаза,
И она под образа
Головой на лавку пала
И тиха, недвижна стала…   

Братья в ту пору домой
Возвращалися толпой
С молодецкого разбоя,
Им на встречу, грозно воя,
Пес бежит и ко двору
Путь им кажет. “Не к добру! –
Братья молвили: – печали
Не минуем”. Прискакали,
Входят – ахнули. Вбежав,
Пес на яблоко стремглав
С лаем кинулся, озлился,
Проглотил его, свалился
И издох. Напоено
Было ядом знать оно.

Перед мертвою царевной
Братья в горести душевной
Все поникли головой,
И с молитвою святой
С лавки подняли, одели,
Хоронить ее хотели
И раздумали. Она,
Как под крылышком у сна,
Так тиха, свежа лежала,
Что лишь только не дышала.
Ждали три дня, но она
Не восстала ото сна.

 

 Сотворив обряд печальный,
Вот они во гроб хрустальный
Труп царевны молодой
Положили – и толпой
Понесли в пустую гору,
И в полуночную пору
Гроб ее к шести столбам
На цепях чугунных там
Осторожно привинтили
И решеткой оградили –
И, пред мертвою сестрой
Сотворив поклон земной,
Старший молвил: “Спи во гробе;
Вдруг погасла, жертвой злобе,
На земле твоя краса;
Дух твой примут небеса.
Нами ты была любима
И для милого хранима –
Не досталась никому,
Только гробу одному”.
В тот же день царица злая,
Доброй вести ожидая,
Втайне зеркальце взяла
И вопрос свой задала:
“Я ль, скажи мне, всех
Всех румяней и белее?”
И услышала в ответ;
“Ты, царица, спору нет,
Ты на свете всех милее
Всех румяней и белее”.
 

 За невестою своей
Королевич Елисей
Между тем по свету скачет.
Нет как нет! Он горько плачет,
И кого ни спросит он,
Всем вопрос его мудрен;
Кто в глаза ему смеется,
Кто скорее отвернется;
К красну солнцу наконец
Обратился молодец.
“Свет наш солнышко! Ты ходишь
Круглый год по небу, сводишь
Зиму с теплою весной,
Всех нас видишь под собой.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видало ль где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ей”. – “Свет ты мой
Красно солнце отвечало: –
Я царевны не видало.
Знать ее в живых уж нет,
Разве месяц, мой сосед,
Где-нибудь ее да встретил
Или след ее заметил”.
Темной ночки Елисей
Дождался в тоске своей.
Только месяц показался,
Он за ним с мольбой погнался,
“Месяц, месяц, мой дружок,
Позолоченый рожок!
Ты встаешь во тьме глубокой,
Круглолицый, светлоокой,
И, обычай твой любя,
Звезды смотрят на тебя.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ей”. – “Братец мой,
Отвечает месяц ясный: –
Не видал я девы красной.
На стороже я стою
Только в очередь мою.
Без меня царевна видно
Пробежала”. – “Как обидно!” –
Королевич отвечал.
Ясный месяц продолжал:
“Погоди; об ней быть может
Ветер знает. Он поможет.
Ты к нему теперь ступай,
Не печалься же, прощай”.
  

 Елисей, не унывая,
К ветру кинулся, взывая:
“Ветер, ветер! Ты могуч,
Ты гоняешь стаи туч,
Ты волнуешь сине море,
Всюду веешь на просторе,
Не боишься никого,
Кроме бога одного.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ее”. – “Постой, –
Отвечает ветер буйный: –
Там за речкой тихоструйной
Есть высокая гора,
В ней глубокая нора;
В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места;
В том гробу твоя невеста”.
Ветер дале побежал.
Королевич зарыдал,
И пошел к пустому месту,
На прекрасную невесту
Посмотреть еще хоть раз.
Вот идет; и поднялась
Перед ним гора крутая;
Вкруг нее страна пустая;
Под горою темный вход.
Он туда скорей идет.
Перед ним, во мгле печальной,
Гроб качается хрустальный,
И в хрустальном гробе том
Спит царевна вечным сном.
И о гроб невесты милой
Он ударился всей силой.
Гроб разбился. Дева вдруг
Ожила. Глядит вокруг
Изумленными глазами,
И, качаясь над цепями,
Привздохнув, произнесла:
“Как же долго я спала!”
И встает она из гроба…
Ах!… и зарыдали оба.
 

 

В руки он ее берет
И на свет из тьмы несет,
И, беседуя приятно,
В путь пускаются обратно,
И трубит уже молва:
Дочка царская жива!
Дома в ту пору без дела
Злая мачеха сидела
Перед зеркальцем своим
И беседовала с ним,
Говоря: “Я ль всех милее,
Всех румяней и белее?”
И услышала в ответ:
“Ты прекрасна, слова нет,
Но царевна всё ж милее,
Всё румяней и белее”.
Злая мачеха, вскочив,
Об пол зеркальце разбив,
В двери прямо побежала
И царевну повстречала.

Тут ее тоска взяла,
И царица умерла.
Лишь ее похоронили,
Свадьбу тотчас учинили,
И с невестою своей
Обвенчался Елисей;
И никто с начала мира
Не видал такого пира;
Я там был, мед, пиво пил,
Да усы лишь обмочил.

  

litera-puschkin.narod.ru

Детские сказки с картинками

Царь с царицею простился
В путь-дорогу снарядился,
И царица у окна Села ждать его одна.

Ждет-пождет с утра до ночи,
Смотрит в поле, инда очи
Разболелись, глядючи
С белой зори до ночи;
Не видать милого друга!
Только видит: вьётся вьюга,
Снег валится на поля,
Вся белёшенька земля.

Девять месяцев проходит,
С поля глаз она не сводит.
Вот в сочельник в самый, в ночь,
Бог даёт царице дочь.

Рано утром гость желанный,
День и ночь так долго жданный,
Издалеча, наконец,
Воротился царь-отец.
На него она взглянула,
Тяжелёшенько вздохнула,
Восхищенья не снесла
И к обедне умерла.

Долго царь был неутешен,
Но как быть? и он был грешен;
Год прошел, как сон пустой,
Царь женился на другой.

Правду молвить, молодица
Уж и впрямь была царица:
Высока, стройна, бела,
И умом, и всем взяла;
Но зато горда, ломлива,
Своенравна и ревнива.

Ей в приданое дано
Было зеркальце одно;
Свойство зеркальце имело:
Говорить оно умело.
С ним одним она была
Добродушна, весела,
С ним приветливо шутила
И, красуясь, говорила:

“Свет мой, зеркальце! скажи
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?”

И ей зеркальце в ответ:
“Ты, конечно, спору нет;
Ты, царица, всех милее,
Всех румяней и белее”.

И царица хохотать,
И плечами пожимать,
И подмигивать глазами,
И прищёлкивать перстами,
И вертеться подбочась,
Гордо в зеркальце глядясь.

Но царевна молодая,
Тихомолком расцветая,
Между тем росла, росла,
Поднялась – и расцвела,

Белолица, черноброва,
Нраву кроткого такого.
И жених сыскался ей,
Королевич Елисей.

Сват приехал, царь дал слово,
А приданое готово:
Семь торговых городов
Да сто сорок теремов.

На девичник собираясь,
Вот царица, наряжаясь
Перед зеркальцем своим,

Перемолвилася с ним:
“Я ль, скажи мне, всех милее,
Всех румяней и белее?”

Что же зеркальце в ответ?
“Ты прекрасна, спору нет;
Но царевна всех милее,
Всех румяней и белее”.

Как царица отпрыгнет,
Да как ручку замахнёт,
Да по зеркальцу как хлопнет.
Каблучком-то как притопнет!..

“Ах ты, мерзкое стекло!
Это врёшь ты мне назло.
Как тягаться ей со мною?
Я в ней дурь-то успокою.

Вишь, какая подросла!
И не диво, что бела:
Мать брюхатая сидела,
Да на снег лишь и глядела!

Но скажи: как можно ей
Быть во всём меня милей?
Признавайся: всех я краше.
Обойди всё царство наше,
Хоть весь мир: мне ровной нет.
Так ли?” Зеркальце в ответ:

“А царевна всё ж милее,
Всё ж румяней и белее”.

Делать нечего.
Она, Чёрной зависти полна,
Бросив зеркальце под лавку,
Позвала к себе Чернавку
И наказывает ей,
Сенной девушке своей,
Весть царевну в глушь лесную
И, связав её, живую
Под сосной оставить там
На съедение волкам.

Чёрт ли сладит с бабой гневной?
Спорить нечего. С царевной
Вот Чернавка в лес пошла
И в такую даль свела,
Что царевна догадалась
И до смерти испугалась,
И взмолилась: “Жизнь моя!
В чем, скажи, виновна я?
Не губи меня, девица!
А как буду я царица,
Я пожалую тебя”.

Та, в душе её любя,
Не убила, не связала,
Отпустила и сказала:
“Не кручинься, бог с тобой”.
А сама пришла домой.

“Что? – сказала ей царица,-
Где красавица-девица?” –
“Там, в лесу, стоит одна,-
Отвечает ей она.-
Крепко связаны ей локти;
Попадётся зверю в когти,
Меньше будет ей терпеть,
Легче будет умереть”.

И молва трезвонить стала:
Дочка царская пропала!
Тужит бедный царь по ней.
Королевич Елисей,
Помолясь усердно богу,
Отправляется в дорогу
За красавицей-душой,
За невестой молодой.

Но невеста молодая,
До зари в лесу блуждая,
Между тем всё шла да шла
И на терем набрела.

Ей навстречу пёс, залая,
Прибежал и смолк, играя.

В ворота вошла она –
На подворье тишина.
Пёс бежит за ней, ласкаясь,
А царевна, подбираясь,
Поднялася на крыльцо
И взялася за кольцо;

Дверь тихонько отворилась,
И царевна очутилась
В светлой горнице; кругом
Лавки, крытые ковром,
Под святыми стол дубовый.
Печь с лежанкой изразцовой.

Видит девица, что тут
Люди добрые живут;
Знать, не будет ей обидно! –
Никого меж тем не видно.

Дом царевна обошла,
Всё порядком убрала,
Засветила богу свечку,
Затопила жарко печку,
На полати взобралась
И тихонько улеглась.

Час обеда приближался,
Топот по двору раздался:
Входят семь богатырей,
Семь румяных усачей.

Старший молвил:
“Что за диво!
Всё так чисто и красиво.
Кто-то терем прибирал
Да хозяев поджидал.

Кто же? Выдь и покажися,
С нами честно подружися.
Коль ты старый человек,
Дядей будешь нам навек.
Коли парень ты румяный,
Братец будешь нам названый.
Коль старушка, будь нам мать,
Так и станем величать.
Коли красная девица,
Будь нам милая сестрица”.

И царевна к ним сошла,
Честь хозяям отдала,
В пояс низко поклонилась;
Закрасневшись, извинилась,
Что-де в гости к ним зашла,
Хоть звана и не была.

И царевна к ним сошла,
Честь хозяям отдала,
В пояс низко поклонилась;
Закрасневшись, извинилась,
Что-де в гости к ним зашла,
Хоть звана и не была.

Вмиг по речи те спознали,
Что царевну принимали;
Усадили в уголок,
Подносили пирожок;
Рюмку полну наливали,
На подносе подавали,

От зелёного вина
Отрекалася она;
Пирожок лишь разломила
Да кусочек прикусила,
И с дороги отдыхать
Отпросилась на кровать.
Отвели они девицу
Вверх во светлую светлицу
И оставили одну,
Отходящую ко сну.

День за днём идёт, мелькая,
А царевна молодая
Всё в лесу; не скучно ей
У семи богатырей.

Перед утренней зарёю
Братья дружною толпою
Выезжают погулять,
Серых уток пострелять,
Руку правую потешить,
Сорочина в поле спешить
Иль башку с широких плеч
У татарина отсечь,
Или вытравить из леса
Пятигорского черкеса.

А хозяюшкой она
В терему меж тем одна
Приберёт и приготовит.
Им она не прекословит,
Не перечат ей они.

Так идут за днями дни.
Братья милую девицу
Полюбили. К ней в светлицу
Раз, лишь только рассвело,
Всех их семеро вошло.

Старший молвил ей: “Девица,
Знаешь: всем ты нам сестрица,
Всех нас семеро, тебя
Все мы любим, за себя
Взять тебя мы все бы рады.
Да нельзя, так, бога ради,
Помири нас как-нибудь:
Одному женою будь,
Прочим ласковой сестрою.
Что ж качаешь головою?
Аль отказываешь нам?
Аль товар не по купцам?”

“Ой вы, молодцы честные,
Братцы вы мои родные, –
Им царевна говорит,-
Коли лгу, пусть бог велит
Не сойти живой мне с места.
Как мне быть? ведь я невеста.
Для меня вы все равны,
Все удалы, все умны,
Всех я вас люблю сердечно:
Но другому я навечно
Отдана. Мне всех милей
Королевич Елисей”.

Братья молча постояли,
Да в затылке почесали.
“Спрос не грех.
Прости ты нас,
Старший молвил, поклонясь, –
Коли так, не заикнуся
Уж о том”.-

“Я не сержуся.
Тихо молвила она, –
И отказ мой не вина”.

Женихи ей поклонились.
Потихоньку удалились,
И согласно все опять
Стали жить да поживать.

Между тем царица злая,
Про царевну вспоминая,
Не могла простить её,
А на зеркальце своё
Долго дулась и сердилась;
Наконец об нём хватилась
И пошла за ним, и, сев
Перед ним, забыла гнев,
Красоваться снова стала
И с улыбкою сказала:
“Здравствуй, зеркальце! скажи
Да всю правду доложи:
Я ль на свете всех милее,
Всех румяней и белее?”

И ей зеркальце в ответ:
“Ты прекрасна, спору нет;
Но живёт без всякой славы,
Средь зелёныя дубравы,
У семи богатырей
Та, что всё ж тебя милей”.

И царица налетела
На Чернавку:
“Как ты смела
Обмануть меня? и в чём!..”
Та призналася во всём:
Так и так. Царица злая,
Ей рогаткой угрожая,
Положила иль не жить,
Иль царевну погубить.

Раз царевна молодая,
Милых братьев поджидая,
Пряла, сидя под окном.
Вдруг сердито под крыльцом
Пёс залаял, и девица
Видит: нищая черница
Ходит по двору, клюкой
Отгоняя пса. “Постой,
Бабушка, постой немножко,
Ей кричит она в окошко,-
Пригрожу сама я псу
И кой-что тебе снесу”.

Отвечает ей черница:
“Ох ты, дитятко, девица!
Пёс проклятый одолел,
Чуть до смерти не заел.
Посмотри, как он хлопочет!
Выдь ко мне”.

Царевна хочет
Выйти к ней и хлеб взяла,
Но с крылечка лишь сошла,
Пёс ей под ноги – и лает,
И к старухе не пускает;
Лишь пойдёт старуха к ней,
Он, лесного зверя злей,
На старуху.”Что за чудо?
Видно, выспался он худо,-
Ей царевна говорит, –
На ж, лови!” – и хлеб летит.

Старушонка хлеб поймала;
“Благодарствую, – сказала, –
Бог тебя благослови;
Вот за то тебе, лови!”
И к царевне наливное,
Молодое, золотое
Прямо яблочко летит…
Пёс как прыгнет, завизжит…
Но царевна в обе руки
Хвать – поймала. “Ради скуки
Кушай яблочко, мой свет-
Благодарствуй за обед…” –
Старушоночка сказала,
Поклонилась и пропала…

И с царевной на крыльцо
Пёс бежит и ей в лицо
Жалко смотрит, грозно воет,
Словно сердце пёсье ноет,
Словно хочет ей сказать: Брось! –
Она его ласкать,
Треплет нежною рукою;
“Что, Соколко, что с тобою?
Ляг!” – и в комнату вошла,
Дверь тихонько заперла,
Под окно за пряжу села
Ждать хозяев, а глядела
Всё на яблоко. Оно
Соку спелого полно,
Так свежо и так душисто,
Так румяно-золотисто,
Будто мёдом налилось!
Видны семечки насквозь…
Подождать она хотела

До обеда; не стерпела,
В руки яблочко взяла,
К алым губкам поднесла,
Потихоньку прокусила
И кусочек проглотила…

Вдруг она, моя душа,
Пошатнулась, не дыша,
Белы руки опустила,
Плод румяный уронила,
Закатилися глаза,
И она под образа
Головой на лавку пала
И тиха, недвижна стала…

Братья в ту пору домой
Возвращалися толпой
С молодецкого разбоя.
Им навстречу, грозно воя,
Пёс бежит и ко двору
Путь им кажет.

“Не к добру! –
Братья молвили,- печали
Не минуем”. Прискакали,
Входят – ахнули. Вбежав,
Пёс на яблоко стремглав
С лаем кинулся, озлился,
Проглотил его, свалился
И издох. Напоено
Было ядом, знать, оно.

Перед мёртвою царевной
Братья в горести душевной
Все поникли головой
И с молитвою святой
С лавки подняли, одели,
Хоронить её хотели
И раздумали. Она,
Как под крылышком у сна.
Так тиха, свежа лежала,
Что лишь только не дышала.

Ждали три дня, но она
Не восстала ото сна.

Сотворив обряд печальный,
Вот они во гроб хрустальный
Труп царевны молодой
Положили-и толпой
Понесли в пустую гору,
И в полуночную пору
Гроб её к шести столбам.
На цепях чугунных там
Осторожно привинтили
И решёткой оградили –

И, пред мёртвою сестрой
Сотворив поклон земной,
Старший молвил: “Спи во гробе;
Вдруг погасла, жертвой злобе,
На земле твоя краса;
Дух твой примут небеса.

Нами ты была любима
И для милого хранима-
Не досталась никому,
Только гробу одному”.

В тот же день царица злая,
Доброй вести ожидая,
Втайне зеркальце взяла
И вопрос свой задала:
“Я ль, скажи мне, всех милее,
Всех румяней и белее?”
И услышала в ответ:
“Ты, царица, спору нет,
Ты на свете всех милее,
Всех румяней и белее”.

За невестою своей
Королевич Елисей
Между тем по свету скачет.
Нет как нет!
Он горько плачет,
И кого ни спросит он,
Всем вопрос его мудрён;
Кто в глаза ему смеётся,
Кто скорее отвернётся;

К красну солнцу, наконец,
Обратился молодец.

“Свет наш солнышко!
Ты ходишь
Круглый год по небу, сводишь
Зиму с тёплою весной,
Всех нас видишь под собой.

Аль откажешь мне в ответе?
Не видало ль где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ей”.-

“Свет ты мой, –
Красно солнце отвечало, –
Я царевны не видало.
Знать, её в живых уж нет.
Разве месяц, мой сосед,
Где-нибудь её да встретил
Или след её заметил”.

Тёмной ночки Елисей
Дождался в тоске своей.
Только месяц показался,
Он за ним с мольбой погнался.

“Месяц, месяц, мой дружок,
Позолоченный рожок!
Ты встаёшь во тьме глубокой,
Круглолицый, светлоокой,
И, обычай твой любя,
Звёзды смотрят на тебя.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених ей”. -“Братец мой,-
Отвечает месяц ясный,-
Не видал я девы красной.
На стороже я стою
Только в очередь мою.
Без меня царевна, видно,
Пробежала”. – “Как обидно!” –
Королевич отвечал.

Ясный месяц продолжал:
“Погоди; об ней, быть может.
Ветер знает. Он поможет.
Ты к нему теперь ступай,
Не печалься же, прощай”.

Елисей, не унывая,
К ветру кинулся, взывая:
“Ветер, ветер! Ты могуч,
Ты гоняешь стаи туч,
Ты волнуешь сине море,
Всюду веешь на просторе.
Не боишься никого,
Кроме бога одного.
Аль откажешь мне в ответе?
Не видал ли где на свете
Ты царевны молодой?
Я жених её”.- “Постой,-
Отвечает ветер буйный, –

Там за речкой тихоструйной
Есть высокая гора,
В ней глубокая нора;
В той норе, во тьме печальной,
Гроб качается хрустальный
На цепях между столбов.
Не видать ничьих следов
Вкруг того пустого места;
В том гробу твоя невеста”.

Ветер дале побежал.
Королевич зарыдал
И пошёл к пустому месту,
На прекрасную невесту
Посмотреть ещё хоть раз.

Вот идёт; и поднялась
Перед ним гора крутая;
Вкруг неё страна пустая;
Под горою тёмный вход.
Он туда скорей идёт.

Перед ним, во мгле печальной,
Гроб качается хрустальный,
И в хрустальном гробе том
Спит царевна вечным сном.
И о гроб невесты милой
Он ударился всей силой.

Гроб разбился. Дева вдруг
Ожила. Глядит вокруг
Изумлёнными глазами
И, качаясь над цепями,
Привздохнув, произнесла:
“Как же долго я спала!”

И встаёт она из гроба…
Ах!., и зарыдали оба.

В руки он её берёт
И на свет из тьмы несёт,
И, беседуя приятно,
В путь пускаются обратно,

И трубит уже молва:
Дочка царская жива!

Дома в ту пору без дела
Злая мачеха сидела
Перед зеркальцем своим
И беседовала с ним,
Говоря: “Я ль всех милее,
Всех румяней и белее?”
И услышала в ответ:
“Ты прекрасна, слова нет,
Но царевна всё ж милее,
Всё румяней и белее”.
Злая мачеха, вскочив,
Об пол зеркальце разбив,
B двери прямо побежала
И царевну повстречала.
Тут её тоска взяла,
И царица умерла.

Лишь её похоронили,
Свадьбу тотчас учинили,
И с невестою своей
Обвенчался Елисей;

И никто с начала мира
Не видал такого пира;
Я там был, мёд, пиво пил,
Да усы лишь обмочил.

А.С.Пушкин, художник Т.Юфa

priroda.inc.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о